Константа

Вернулись мужчины вскоре и сели за наш опустевший стол. Эмин и Давид, Кир с Зелей, Костей и кронпринцами. От Сани, севшим рядом со мной, вкусно пахло никотином, и я, оглядев стол, заключила, что из женского пола я тут одна кочегарю. Поймала взгляд Кости, усаживающегося почти напротив, приложила ладонь к губам, сделав акцент на два пальца. Он кивнул и я, подхватив клатч, направилась якобы в уборную торопливо выбежала из ресторана, чувствуя, как уши в трубочку сворачиваются. Подымила за углом, поохуевала какая жизнь интересная штука и вернулась аккурат вовремя.

— … зачароване коло какое-то, де та ж свита, та не так пошита.

— Нет, — рассмеялся Костя не без удовольствия глядя на него, — ни одын коло. Змова приреченых каламути воду.

— Это я не знаю, — отрицательно покачал головой Давид. — Этому жена меня еще не научила.

— Не один круг, заговор обреченных мутит воду, — перевел Кирилл слегка усмехнувшись, — з дива не схожу от тебе, Дава.

— Дякую. — Довольно фыркнув, отозвался тот.

— Можно по-русски? — Рассмеялся Зелимхан.

— Попросил осетин, — улыбнулся Аркаша, иронично блеснув зелеными глазами.

— Э, встал, — снова с акцентом, на этот раз осетинским, сурово потребовал Дава, сам вставая из-за стола, с напускной серьезностью глядя на охотно поднявшегося кронпринца, сидящего рядом с ним.

— Он КМС по кикбоксингу, Дава. — Предупредил Зеля, разливая парням алкоголь по бокалам.

— Сел, — тут же велел Эмин Даве.

— Да я руку пожать. — С укором посмотрев на старшего брата произнес Давид, протягивая руку кронпринцу, пожавшему ее и покивавшему на глубокомысленное напутствие Давы, — жизнь борьба, брат, борьби красива! А то видел, как мне пиздюлей навесили.

— Пиздюли это хорошо, это иногда помогает. Борьбу, брат, ты тоже борьби. — С серьезным видом глядя на Давида кивнул Аркаша. Дава тут же приобнял его и, ткнув пальцем в Эмина, чокающегося бокалом с Костей и Киром, обозначил:

— Бра-а-ат, это мой брат.

— Мой брат. — Кивнул Аркаша в сторону Сани подошедшего к Косте и протянувшего тому свой телефон. Потом указал на Кира и Костю, — брат и брат.

— Я чей брат? — требовательно поинтересовался у них Зеля.

— Братьев брат. — Хохотнул Эмин, отсалютовав ему бокалом.

За стол негромкий смех. Сане внезапно куда-то понадобилось уехать и он, со всеми попрощавшись, отбыл. Почти сразу Эмину сообщили, что джет готов и они с Давой попрощавшись с нами, пошли на выход с решившими проводить их мужиками. И внезапно, когда я от кавказской женщины этого совсем не ждала, Мадина спросила:

— Таш, а вы сколько вместе?

— Все? — хохотнула та, чокаясь бокалом вина со мной и затруднившейся Мадиной.