Конец лета

Я всегда считала, что солидные служащие не могут ездить на голубых спортивных «ТР-4».

Мы погрузили наши чемоданы в багажник и оставили Трумбо. Я вся извертелась, сгорая от нетерпения. Знакомые места появлялись и исчезали за окном. Гараж... кондитерская... ферма Мак-Грегора... Но вот мы выехали на открытую местность, и дорога поползла вверх, извиваясь среди багровеющих осенних деревьев и полей золотистого жнивья, изгородей, увитых шиповником с огненно-красными ягодами, схваченными первыми заморозками.

Вскоре мы миновали последний поворот, и справа засверкало серое озеро – под стать серому утру, – а за ним замаячили горы, вершины которых окутывали тучи. В полумиле от нас находился скрытый деревьями «Элви», и виднелась заброшенная часовня без крыши, навевавшая романтические грезы. От переполнявших меня чувств я не могла вымолвить ни слова, а Дэвид Стюарт тактично молчал. Мы проделали долгий путь вместе, и эта пауза в общении нас ничуть не угнетала. Наконец у придорожного дома мы свернули, и машина запетляла по проселочной дороге и между огороженными участками, проскочив под медово-желтыми березами, остановилась у парадной двери родного для меня дома.

В ту же секунду я пулей выскочила из машины и помчалась по усыпанной гравием дорожке, но бабушка опередила меня. Дверь распахнулась, и хозяйка появилась на крыльце. Мы обнялись и долго стояли не разжимая рук. Бабушка вновь и вновь повторяла мое имя, а я вдыхала аромат ее одежды, пропахшей лавандой, и твердила себе, что ничего не изменилось.

Глава 5

Когда годами не видишь близкого тебе человека, то при встрече всегда испытываешь неловкость и поэтому говоришь расхожие фразы, вроде: «О, ты совсем не изменилась...», или «Наконец-то я увидела тебя...», или «Все по-прежнему...». Мы тоже произносили эти дурацкие слова, обнимаясь и смеясь."

"Еще больший переполох внесли собаки. Они выскочили из дома и громко залаяли, требуя к себе внимания. Это были спаниели, темно-каштановой с белыми пятнами масти, незнакомые мне и одновременно родные, потому что в «Элви» всегда жили собаки такой породы, а эти, несомненно, были потомками тех, кого я помнила. И только я собралась поиграть с ними, как к нам присоединилась миссис Ламли, которая услышала шум и, не в силах устоять перед искушением, бросилась встречать гостей. В зеленом рабочем халате она показалась мне еще более толстой, чем прежде. Широко улыбаясь, старушка подставила щеку для поцелуя, воскликнув, что я ужасно выросла, что веснушек на моем лице сильно прибавилось и что она готовит завтрак, какого еще свет не видывал.

Дэвид спокойно стоял с моим чемоданом позади нас, и бабушка наконец обратила на него внимание.

– Дэвид, ты, должно быть, устал. – С этими словами она поцеловала его, чем несказанно меня удивила.