Конец лета

– Ваша мать всегда здесь жила?

– Мама перебралась сюда год назад. В Хэмпшире у нее был дом, но очень большой, да и сад требовал ухода... а помогать некому. Вот она и продала его, а сюда перевезла лишь кое-что из любимых вещей.

Теперь я поняла, откуда эта ностальгия по загородной атмосфере. Я посмотрела в сторону маленького сада и улыбнулась:

– Это ее рук дело?

– Да. С этим она легко справляется."

"Я взяла гренок и попыталась представить бабушку в подобной ситуации. Это оказалось невозможно. Уход за громадным домом с его многочисленными пристройками, большим садом и постоянные недоразумения с кухарками и садовниками никогда ее не пугали. Тут же вспомнила о миссис Ламли, которая жила с нами с незапамятных времен. Я словно наяву увидела эту бодрую женщину, стоящую на распухших ногах у кухонного стола и раскатывающую тесто, и Уилла, садовника, копошащегося на большом участке, где он выращивал картошку, морковь и махровые хризантемы.

– Значит, вы фактически не живете в этой квартире?

– Нет, но я останавливаюсь тут, когда оказываюсь в Лондоне.

– И часто это происходит?

– Достаточно часто.

– А с Синклером вы встречаетесь?

– Да.

– Чем он занимается?

– Работает в рекламном бюро. Я думал, вы в курсе.

Мне пришло в голову, что можно позвонить ему. В конце концов, он живет в Лондоне, и узнать номер его телефона – проще простого. Я хотела было сделать это, но потом передумала. Еще неизвестно, как кузен прореагирует на такой звонок, а мне не хотелось, чтобы Дэвид стал свидетелем моего разочарования.

– А девушка у него есть? – полюбопытствовала я.

– Девушек полно, я полагаю.

– Вы меня не поняли. Я имела в виду одну... любимую.

– Джейн, я, право, не знаю.

Рассеянно слизнув с пальцев шоколад, я снова принялась его расспрашивать о Синклере:

– Как вы думаете, он приедет в «Элви», узнав, что я там?

– Должен появиться.

– А его отец? Дядя Эйлуин все еще в Канаде?

Дэвид Стюарт неторопливо поправил длинным указательным пальцем очки на переносице и тихо проговорил:

– Эйлуин Бейли умер три месяца тому назад.

Я опешила:

– Почему мне не дали знать? О, бедная бабушка! Она очень убивалась?

– Да, она...

– Где его похоронили?

– В Канаде. Он долго болел. Так и не успел побывать на родине.

– Значит, Синклер его больше уже не увидит...

– Нет.

Переварив это сообщение, я поежилась, невольно вспомнив отца. Несмотря на периодически вспышки ярости, я ни за что на свете не променяла бы ни единого мига, проведенного рядом с ним, и мне стало жаль Синклера вдвойне. Еще я вспомнила, что в детстве ужасно завидовала ему: «Элви» был его домом, а я отправлялась туда только на каникулы. Что касается мужской дружбы, то ее недостаток восполняли Уилл (которого мы очень любили) и егерь Гибсон, человек мрачный, но мудрый во всех отношениях.