10
0Под деревцем лежало три пакета с подарками, каждый был помечен именем Ким.
– Тебе правда нравится?
Динна улыбнулась и стала похожей на маленькую девочку. Впервые за долгое время она выглядела счастливой и умиротворенной. За эти несколько недель она вновь обрела себя. В маленькой светлой гостиной мебели было немного, но комната казалась уютной и гостеприимной. Здесь стояли плетеное кресло, заново выкрашенное в белый цвет, и очаровательный старинный диванчик, на котором Динна сменила обивку. Теперь он был обит нежно-голубой тканью. Повсюду были видны комнатные растения и цветы в живописных старых бутылках вместо ваз. На стенах висело несколько любимых картин Динны, а на пол она купила чудесный ковер с очень красивым орнаментом. На каминной доске были выставлены медные горшки, на маленьком дощатом столе, за которым могли поместиться двое, стояли латунные подсвечники. В комнате была даже бронзовая люстра. Динна собственноручно сшила занавески из накрахмаленного тюля, который она обнаружила в одном из чемоданов. Казалось, Динна жила в доме уже многие годы.
Стены маленькой спальни Динна оклеила миленькими нежно-розовыми обоями с рисунком в старинном стиле, рядом с этой спальней находилась вторая, еще меньше. Эта спальня была пуста, если не считать плетеной колыбельки и деревянной лошадки в углу возле двери.
Ким огляделась, одобрительно кивнула и села на стул.
– Динна, я просто влюбилась в твой дом. Можно мне здесь остаться?
– Можно как минимум на год. Но боюсь, кое-что тебе может не понравиться, у дома есть свои причуды. Например, горячая вода появляется и исчезает совершенно непредсказуемо, печь разогревается целую вечность, окна туго открываются, камин дымит... – Динна усмехнулась. – Но он мне все равно нравится. Правда, он похож на кукольный домик?
– Точно. Твой дом нравится мне гораздо больше моего, в моем совсем нет шарма.
– В твоем больше шика. Но меня вполне устраивает этот. Глядя на Динну, трудно было поверить, что всего лишь месяц назад она жила в шикарном особняке. Она казалась вполне довольной своим нынешним положением.
– Хочешь кофе?
Ким кивнула. Динна ушла в кухню и вернулась с двумя кружками, над которыми поднимался пар.
– Ну, что новенького?
Мольберт, стоящий в углу кухни, уже сказал Ким то, что ее интересовало. Динна вернулась к работе.
– Я снова рисую, – сообщила Динна с радостью и гордостью.
– Это я поняла. Но что ты собираешься делать с картинами?
– Наверное, буду продавать. Я уже продала три картины, на эти деньги куплены мебель, посуда, простыни.
Динна не уточнила, что, кроме трех картин, она продала серьги с изумрудами и бриллиантами.
