Конец лета

Динна заснула еще до того, как Ким ушла. На цыпочках дойдя до входной двери, Ким тихо заперла ее за собой.

Марк вернулся домой около одиннадцати часов вечера. Отпирая дверь своим ключом, он помедлил и затаил дыхание. Марк понимал, что с его стороны было неблагоразумно за весь день даже не позвонить Динне, но он не позвонил, потому что не представлял, что ей сказать. Он не мог забрать свои слова обратно. Ему хотелось купить ей что-нибудь красивое, сделать какой-то подарок, чтобы получить ее прощение, но в День благодарения магазины не работали. Благодарение. Половину дня Марк провел за своим рабочим столом в офисе, другую половину – у Шанталь. Шанталь чувствовала, что произошли какие-то перемены, но не знала, какие именно. Когда они занимались любовью, Марк как-то особенно льнул к ней.

Марк открыл дверь и прислушался. Ни звука. Динна, по-видимому, уже спала. Ее машину он видел в гараже. В доме было совсем тихо и темно, даже из-под двери Маргарет в дальнем конце коридора не пробивалась полоска света.

Включив только один небольшой светильник, Марк стал вешать пальто на вешалку и в это время заметил, что из-за рамы зеркала, висящего возле двери, торчит листок бумаги. Марк взял листок, но не спешил развернуть его.

«Может быть, Динны нет дома? Возможно, куда-нибудь ушла с подругой?»

Сердце Марка кольнуло странное, тревожное предчувствие. Он немного постоял неподвижно, прислушиваясь, словно ожидал услышать голос Динны или звук ее шагов на лестнице. Затем огляделся, но никого не увидел и ничего не услышал. В доме стояла полная тишина. Наконец он стал медленно разворачивать листок. Когда Марк прочел записку, у него все поплыло перед глазами, сердце тяжело забилось. «Дорогой, я тебя любила. Прощай».

Почему «любила»? Почему в прошедшем времени? Но Марк знал ответ. Он сам рассказал Динне ту единственную вещь, которую она могла бы никогда не узнать. Он рассказал ей, что ребенок не его. Теперь она знает, что он лгал ей и о ребенке, и о Шанталь. Она знает про его другую жизнь. Она видела его с Шанталь в Париже, а теперь и здесь. Марк попытался взбежать по лестнице, но его ноги отяжелели, словно налились свинцом. Он был почти уверен, что найдет Динну в спальне спящей в их постели. Весь день он убеждал себя, что ничего страшного не произошло, надеясь, что все образуется само собой. Ему казалось, что если он позвонит Динне, то тем самым сделает произошедшее более реальным. Этого он не хотел и потому не стал звонить. Теперь ему оставалось только вбежать в спальню и найти Динну лежащей в постели.

Но когда Марк вошел в спальню, то увидел то, чего так боялся, – в комнате никого не было. Динна ушла. Исчезла.

Марк-Эдуард застыл в неподвижности, не зная, что предпринять. Потом, сдерживая слезы, снял телефонную трубку.