10
0
– А может, будет лучше, если я что-нибудь приготовлю здесь? В доме есть продукты?
– Смотритель сказал, что его жена принесла хлеб, сыр и яйца.
– Что ты на это скажешь?
Марк равнодушно пожал плечами. Динна сняла свитер, который надевала на прогулку, повесила его на спинку массивного стула в стиле Людовика XIV и пошла в кухню.
Через двадцать минут у нее были готовы яичница-болтунья, тосты с сыром бри и две чашки горячего кофе. Динна сомневалась, что им обоим после еды станет легче. Разве еда имела сейчас хоть какое-то значение? Всю неделю их уговаривали поесть, как будто это могло что-то изменить. Но у Динны совершенно пропал аппетит, она могла бы не есть совсем. Она и сейчас приготовила все только ради Марка, ну и еще для того, чтобы чем-нибудь занять себя и его. Почему-то ни одному из них не хотелось разговаривать, хотя им было что сказать друг другу, и немало.
Поели молча, а затем они разошлись по разным местам. Динна отправилась рассматривать картины, развешанные в галереях и по стенам длинных коридоров, а Марк ушел в библиотеку. В одиннадцать оба так же молча легли в кровать. Утром, едва Динна пошевелилась, Марк тут же встал с постели. Первое слово было сказано не раньше одиннадцати. Динна сидела за туалетным столиком, она лишь недавно встала, с утра ее подташнивало.
– Ты плохо себя чувствуешь? – Марк встревоженно нахмурился.
– Нет-нет, со мной все в порядке.
– По твоему виду этого не скажешь. Может, приготовить тебе кофе?
Динну затошнило даже от одной мысли о кофе. Она отчаянно замотала головой.
– Спасибо, не нужно, честное слово, все нормально.
– А тебе не кажется, что что-то не так? Ты уже несколько дней просто не похожа на себя.
Динна попыталась улыбнуться, но попытка провалилась.
– Мне неприятно это говорить, дорогой, но ты тоже выглядишь неважно.
Марк только плечами пожал.
– Может быть, у тебя открылась язва?
Язва желудка развилась у Динны еще после смерти их первого ребенка, и она так и не зарубцевалась окончательно. Динна снова помотала головой."
"– У меня ничего не болит. Я просто постоянно чувствую себя обессиленной, и временами меня тошнит. Это просто от усталости. – Она снова попыталась улыбнуться. – Ничего удивительного. В последнее время мы оба не высыпались – смена часовых поясов, долгие переезды, потрясение... Думаю, можно только удивляться, как мы до сих пор держимся на ногах. Я уверена, что у меня нет ничего серьезного.
Марк недоверчиво кивнул. Он заметил, что, вставая, Динна немного пошатнулась. Конечно, эмоциональные потрясения могут влиять на человека самым неожиданным образом. Динна пошла принять душ, и Марк снова задумался о Шанталь.
