10
0Она чувствовала странное оцепенение, ноги у нее онемели, и она не могла идти быстро, но и замедлить шаг тоже не могла. Она просто шла и шла в одном и том же темпе, как робот, пока не добралась до почты и не вошла в телефонную будку. Закрыв за собой дверь, Динна набрала номер. Соединение произошло очень быстро, и Бен снял трубку уже после второго гудка. Пока Динна ждала ответа, ее охватила дрожь. По сонному голосу Бена стало понятно, что он уже лег.
– Бен?
– Динна? Дорогая, у тебя все в порядке?
– Я...
Динна замолчала, вдруг поняв, что больше не может ничего сказать.
– Динна?
Она по-прежнему не могла говорить, ее бросило в дрожь.
– Ох, любимая, кажется, я понял... твоя дочь? Как она? С тех пор, как ты уехала, я каждую минуту тебя вспоминаю.
В ответ Динна только и могла что всхлипнуть.
– Динна! Дорогая, прошу тебя, постарайся успокоиться и поговорить со мной. – Бену вдруг стало страшно. – Бог мой, неужели она... – Бен помолчал и произнес очень тихо: – Динна?
– Бен, сегодня утром она умерла."
"Произнеся эти слова, Динна снова долго не могла заговорить.
– Господи, нет! Дорогая, ты там одна? Ты где?
– Я на почте.
– Ради Бога, что ты там делаешь?
– Я пришла, чтобы позвонить тебе.
– А... он тоже в Париже?
– Да. – Динна с трудом перевела дыхание. – Он прилетел вчера ночью.
– Мне очень жаль, сочувствую вам обоим.
Динна снова всхлипнула. С Беном она могла не сдерживаться, могла дать себе волю, от него можно было не скрывать, как остро она в нем нуждается. С Марком же ей всегда приходилось держаться на уровне. Она должна была казаться такой, какой он хотел ее видеть, оправдывать его ожидания.
– Хочешь, чтобы я приехал? Я могу вылететь утром первым рейсом.
«И что ты будешь здесь делать?» – мысленно спросила Динна. Пилар все равно уже не вернешь.
– Я была бы рада, если бы ты прилетел, но это не имеет смысла, я все равно вернусь через несколько дней.
– Ты уверена? Не хочу добавлять тебе забот, но я могу вылететь прямо завтра, если тебе от этого станет легче. Как тебе нравится такое предложение?
– Очень нравится. – Динна улыбнулась сквозь слезы. – Но лучше тебе не прилетать.
– А как насчет... всего остального?
Бен старался не показать, что он озабочен или расстроен.
– Не знаю, это все потом.
Он знал, что Динна говорит о Марке.
– Ладно, не думай об этом сейчас. Тебе нужно продержаться, а всем остальным мы займемся позже. Где... где это будет?
– Похороны?
Как только Динна произнесла это слово вслух, ей самой захотелось умереть. У нее так сильно задрожали руки, что она чуть не выронила телефонную трубку. Она крепче сжала пальцы.
– Марк хочет, чтобы... все было здесь. Для меня это не имеет значения. Да и Пилар, наверное, предпочла бы лежать здесь. В любом случае через два-три дня я уже буду дома.
