5
0Наши подводники и морская авиация всячески препятствовали немецкому судоходству, и многие транспорты оказались на дне морском.
Но кому-то удалось прорваться. В первую очередь транспорты забирали из Пруссии раненых, затем – женщин с детьми. Только в трюмах транспортов вполне могло найтись место и для ящиков с Янтарной комнатой.
Офицерам предстояло выяснить – вывезли ли ящики, и если да, то куда и на каком судне. Если же не успели, то где спрятали. Приказ поступил от самого Абакумова.
У офицеров, конечно, возникли вопросы – сколько было ящиков, какого размера и как они выглядели, имели ли маркировку? Ведь невозможно искать вещь, если не знаешь, как она выглядит. Так что вопросы были вполне по существу, но с работниками СМЕРШа поделились всей полнотой информации, которой обладала разведка. Добавить уже ничего не могли. К тому попутно добавили ещё указаний – вроде того, что если будут найдены интересные документы или ценности, обеспечить их сохранность и сообщить в СМЕРШ или доставить в отдел самим.
Для ускорения работы каждому офицеру выделили свой район города. Часть офицеров проверяла морской порт и документацию. Немцы – педанты и вплоть до падения Кёнигсберга фиксировали в портовых документах время захода в порт и выхода из него морских судов, а также порт следования. Впрочем, порт не был задачей для майора Колесникова, ему достался почти центр города.
Поселили их тоже почти в центре, в бывшей гостинице. Раньше здесь жили немецкие офицеры, и гостиница была практически не тронута бомбардировками и штурмом города.
Из захваченных немцами городов обычно вывозили ценные трофеи, вроде музейных диковин, специальные команды министерства оккупированных территорий Альфреда Розенберга. Пруссия к оккупированным территориям не относилась, и теоретически людей Розенберга здесь быть не должно. А на практике вывезти или спрятать ценности – и не только Янтарную комнату – мог любой эсэсовский или гестаповский офицер по приказу свыше. Армейским офицерам, как правило, таких щепетильных операций не поручали. Они считались слишком прямолинейными тупыми солдафонами, не способными придумать и осуществить хитроумную многоплановую операцию.
Ситуация ещё ухудшалась тем, что в городе орудовала немецкая организация «Вервольф» – оборотни. Причём в Кёнигсберге она была лучше организована, чем в других немецких городах, и крови попортила немало. Одной из её задач, наравне с терактами и диверсиями, был вывоз ценностей в Германию.
Великая Германия, Третий рейх, была повержена, лежала в руинах, но вывозить ценности в нейтральные страны – вроде Швейцарии, или даже в Аргентину на подводных лодках – они вполне могли. Были такие факты, даже колонии немецкие там организовывали, счастливо избежав суда и наказания.
