Колонисты

Он засел где-то высоко над пещерой, затаившись за валуном, и внимательно осматривал окрестности, контролируя подходы к нашему «лагерю».

Спустя час или даже больше, которые я провел, возясь с тушей медведя, стараясь все делать аккуратнее и поэтому медленнее, ко мне подошел Литвин и замер, наблюдая за моей работой.

— Тебе помочь? — наконец спросил он.

— Не, — отозвался я, — сам боюсь шкуру повредить.

— А те шкуры, — Литвин кивнул в сторону «НКВД», — не нужно переворачивать или воду там менять?

— Да нет пока, — пожал плечами я, — ты что, работу, что ли, ищешь?

— Ну, типа того, — усмехнулся Литвин, — менять Шендра нужно только через два часа, ужин я сделал, новые ловушки расставил. Чем еще себя занять — ума не приложу.

— Так бы и сказал. Шкуры после обработки нужно будет растянуть. А для этого понадобится сделать рамки. Так что можешь насобирать сучьев покрепче, взять у меня из рюкзака проволоку и скрутить их вместе.

— А размер какой? — тут же загорелся Литвин.

— Ну, чтобы шкура вместилась. Даже с запасом — ее растянуть ведь надо, — ответил я и, прикинув, назвал приблизительные размеры.

Литвин уже собрался было идти за сучьями, но развернулся и поинтересовался.

— А сколько вообще рамок надо?

— У нас сейчас пять шкур в «НКВД», — принялся считать я и сразу прикидывать, сколько действительно рамок нам понадобится, — как минимум пять рам нам и нужно. А в идеале штук 10–15.

— Зачем так много? — удивился Литвин.

— Во-первых, у нас еще две шкуры есть, которые пойдут в следующий цикл. Я думаю, что «НКВД» обработает их быстрее, чем высохнут на рамах предыдущие. А во-вторых, мне кажется, что в дальнейшем мы сможем набивать больше шкур, чем сейчас. Соответственно, если есть время — стоит позаботиться и сделать запас рам. Будет, мягко говоря, не совсем удобно, если мы притащим кучу шкур и вынуждены будем уставшие и голодные в срочном порядке крутить новые рамы. Так что, если сейчас есть время, почему не сделать их заранее?

— Тоже верно!

— И кстати, — добавил я, пока Литвин еще не успел уйти, — нужна будет еще одна рамка, большая.

Я похлопал по медвежьей шкуре.

Литвин кивнул и отправился добывать сучья.

Я же вернулся к процессу снятия шкуры.

Прошло минут двадцать, и Литвин принес первую партию сучьев. Он свалил их неподалеку от меня и вновь отправился на поиски. Во второй раз он вернулся намного быстрее.

— Вот теперь можно работать! — Литвин расселся возле кучи палок, размотал проволоку и приступил к работе.

Трудились мы молча минут пять, не больше. Первым нарушил молчание Литвин.

— А ты кем был до того, как стал колонистом? Ну, я помню, что ты учился на специалиста. А вот на какую специальность именно, ты не говорил.