Колокола судьбы

К тому же слух по селам пошел, что, дескать, убит Беркут, погиб в бою, а вся группа его уничтожена. Да и партизаны из двух других отрядов развеяны по окрестным лесам.

— Распускать слухи о гибели партизан и своих победах — этому фрицы научились.

— А ведь затихло, товарищ младший лейтенант! — прервал их знакомство Горелый. — Но что там происходит — не пойму. Тут был взвод немцев. Так товарищ лейтенант переговорил с ними. Отошли.

— С немцами переговорил?

— Ну да.

Еще несколько коротких автоматных очередей. И снова все затихло.

«Неужели действительно блефуют? — засомневался Беркут. — Что-то не похоже… Неужели наткнулись на Мазовецкого? Но он вроде бы давно ушел».

— Отойдем в сторону, — тронул Андрей за локоть Колодного. — Нужно поговорить.

— Ну, братцы, все видел, но чтобы наш младшой докладывал фрицевскому лейтенанту — такого наблюдать не приходилось даже в кино! — изумился один из бойцов, пришедших с Колодным.

— Это наш старшина, Кравцов, — уже на ходу представил смеющегося младший лейтенант Колодный. — Из-под Одессы. Не из шутников, правда, но факт есть факт. С ним рядовой Копань. Оба — из дивизионной разведки, ребята опытные. Радист Задунаев и рядовой Гаенок остались на базе. Гаенок — бывший танкист. Водит машины любой масти, изучил немецкий бронетранспортер. Радист — тот, правда, из новеньких. Но вы же знаете, товарищ капитан: радисты — армейская элита. Кого дадут, на того и молись.

— Состав группы мне ясен. Только уточняю: звание мое — лейтенант. Если, конечно, к этому времени не разжаловали, — грустно улыбнулся Беркут, присаживаясь на камень между двумя старыми развесистыми соснами и приглашая младшего лейтенанта последовать его примеру.

Однако тот сел не на камень, а прямо на землю, по-турецки поджав под себя ноги и привалившись плечом к стволу дерева.

— Никакой ошибки, товарищ капитан. Разве по рации вам об этом не сообщали? О повышении звания?

— О повышении? До капитана?! — изумленно переспросил Андрей. — Что-то вы здесь напутали, младший лейтенант.

— Никакой путаницы. Сведения — как в разведке Генштаба.

— Да? Странно, — не мог скрыть своей растерянности Беркут. — Впрочем, ни в моей группе, ни в двух соседних отрядах рации не было. Пока вас высаживали — мы принимали тяжелый бой. Связной из отряда, где имеется рация, судя по всему, не дошел. Погиб.

— Мы тоже чуть не погибли. Еще в самолете. У самой линии фронта, к счастью, все еще на нашей стороне, пилоту пришлось идти на вынужденную посадку. «Мессер» подбил, правда, легко. Подлатались и снова взлетели. Здесь тоже… Первые дни — как в аду. И ни вас, ни ваших бойцов. А что касается задания… На базе для вас небольшой пакет. В нем, среди прочего, удостоверение на имя капитана Громова.