10
0Водку пяти сортов, цветастый платок «бабе твоей», какой-то особый хлеб и банку икры. Том отказался от даров. Варвар изобразил обиду.
– Да забери, потом выбросишь, – посоветовал Оярс.
Тут на крыльцо вышла Анна.
– Ого! – сказал Яша. Том мог поклясться, мгновение назад на его пальце было обручальное кольцо. Походкой, подсмотренной в кино про гангстеров, пришелец пошёл в атаку.
– Яша! – представился он и поцеловал ручку. Смотрел так, будто раньше женщин не видел вовсе.
– Анна. Очень приятно. Хотите кофе?
Женщина покосилась на Тома. Тот опасно хмурился.
За кофе Яша рассказал о себе.
«Было до тебя», – подумал Том. Оярс встал и поблагодарил за визит. У нас сегодня полно дел, говорит. Коровы не доены, сыр не солен.
– Спасибо за подарки! – сказала Анна и преподнесла в ответ пару голов сыра. Всё равно девать некуда. Яше позволили всех по очереди обнять, лишь бы отстал. Наконец, он уехал. Но не навсегда. Тем же вечером вернулся. И сразу перешёл к делу. По пятёрке за килограмм он готов выкупить весь сыр.
– Невозможно, – ответил Том. – Пятёрка – меньше себестоимости. Килограмм стоит тридцать евро. Молоко цельное, не пастеризованное, закваска на миндалинах ягнят, ручной труд, секретные ингредиенты. Эксклюзив. Что там тридцать, даже сорок евро стоит каждый килограмм.
– Но на ярмарке вы продаёте по десять пятьдесят! Мне купить то же самое в субботу?
Он оказался пройдохой. Уже позвонил кому-то и разузнал. Настоящий прохвост.
– Так и быть, по десять за кило, – сказал Яша и вытащил купюру.
– Нет! – сказал Том.
– Нет! – сказал Оярс. – Только что подорожало!
– Хорошо! – сказала Анна. – Пойдёмте, Яша, поможете донести.
Северный варвар пожал плечами и пошёл за ней.
– Десятка – это дороже, чем на рынке, – сказал Оярс.
– Десятка – это хорошая цена, – ответил Том.
Яша загрузил сыром багажник, расплатился и укатил. Оярс и Том решили объяснить Анне, что не дело встревать в мужские дела. В ответ Анна исполнила блестящую сцену. Почему мужчинам вечно нужно всё портить, спросила она. У неё была сложная жизнь, и она не собирается отказываться от мечты из-за глупой чьей-то гордыни.
На звуки лебединой песни прибежала Флор. И встала на сторону Анны. Показала дыру в пальто. И рваные какие-то туфли, которым нечего было возразить. Флор сказала, что не согласна жить как тролль под мостом лишь потому, что у кого-то чванство на первом месте. Никто не мешает мужчинам варить сыр. А торговать отныне будут они, женщины. Том заметил, торговля – это не просто. Но если все перестанут орать, он так и быть, объяснит некоторые тонкости. В ответ увидел два средних пальца и успокоился.
