3
0
Она покосилась на мрачного мужчину, не сводившего с меня глаз, что-то сообразила, поспешно привела измятое платье в порядок и попятилась к двери с извинениями.
- Алва, стой, - Йен подался следом, но любовница успела сбежать.
Воздух в гостиной ощутимо накалился. Секунду царила тишина, а затем злой словно демон преисподней герцог перевел на меня тяжелый взгляд, внимательно рассмотрел, будто за эти годы забыл, как выглядит его жена, и прорычал:
- Зачем ты покинула спальню, Бель?
- А зачем ты привел в наш дом любовницу? – Парировала сквозь зубы.
- Какая любовница? О чем ты? Мы с баронессой просто старые знакомые.
Отрывисто выплевывая слова, муж заправил белоснежную рубаху в брюки, разыскал сброшенный на кресло сюртук, надел, рывком оправил и уставился на меня.
- Считаешь, поверю?
- Считаю, ты должна быть в своей постели и крепко спать. Неделю назад доктор назначил тебе новое лекарство. Ты его приняла?
- Я больше не принимаю лекарств.
- Но доктор Ван-Сет…
- Доктор ошибся. Я выздоровела. Чувствую себя превосходно. Столько сил, мыслей, желаний, - я плавно выпрямилась и тряхнула распущенными после ванны волосами, застыв напротив мрачного мужа.
И жестом головы указала на гербовые бумаги, уложенные стопкой на чайный столик.
Надо было видеть выражение мужского лица. Изумление, ярость, непонимание и под конец взбешенное раздражение.
- Развестись? Со мной?! Ты в своем уме, Мирабель?
Выдержав его пронизывающий до костей холодный взгляд, процедила:
- Тебя это забавляет?
- Безмерно!
- И почему?
Неверный подавил вспышку агрессии и усмехнулся:
- Еще спрашиваешь.
- Я не такая.
- Правда всегда колет глаза. Хотя… - мужской взгляд обежал стройную, с точеными формами фигурку забытой супруги и уперся в полную грудь, обтянутую тонкой тканью домашней блузы, - у тебя, несомненно, есть достоинства. К несчастью, ты так и не научилась ими пользоваться.
На силу сдержав земное ругательство, процедила:
- Я уже не та «никчемная» обуза, Йен. Болезнь меняет людей.
- Неужели?
Муж сузил глаза.
Надо признать, он был очень красив. Неспроста, пользовался успехом у дам королевского двора. Черные как смоль волосы, собраны сзади в низкий хвост. Правильные черты лица. Четко очерченные губы, аккуратный подбородок, украшенный ниточкой шрама. Вот только для Бель – он был худшим из всех мужчин, каких она знала.
Совладав с неприятными, нахлынувшими из глубин подсознания воспоминаниями о главной в жизни любой девушки ночи, спокойно проговорила:
- Между нами всё кончено.
- Допустим.
