3
0
- О, - сплетницы переглянулись. – Мы не видели герцога.
- Думали, он с вами.
- Нет. Йен уехал во Дворец на час раньше, мы разминулись. Я подумала, вы могли его видеть.
- Увы. Хотя, постойте. Кажется, он уединился с бокалом вина вон там, - Жюль махнула к балкончику скрытому от любопытных глаз плотной бордовой шторой с золотистыми кисточками.
- Спасибо.
Я развернулась и с безупречной осанкой направилась в указанную сторону.
Мирабель была болезненной, скромной девушкой двадцати семи лет и редко покидала мужнино имение. А в свет не выходила уже два года. Её часто мучали мигрени и приступы тошноты.
Герцог Йен Веймаер жену, судя по воспоминаниям Бель, не ценил и не уважал. А еще крайне редко заглядывал к ней в спальню. Год назад он вовсе оставил это занятие, посчитав девушку бесплодной. Он изменял Мирабель направо и налево, не считался с ее мнением и жил в своё удовольствие.
На этом браке настояла мать Йена, властная и жестокая женщина.
В тридцать один год ее единственный и горячо любимый сыночек погряз в карточных долгах и очень быстро спустил состояние, оставленное покойным отцом.
Брачный союз был выгоден обоим семействам – Веймаеры получили огромное приданное за счёт чего расплатились с долгами и вернулись к привычной праздной жизни, а промышленник Энтони Хофф, выдав дочь за герцога, обзавелся новыми перспективными знакомствами и связями, утроив семейный капитал.
Проигравшей в этой истории была Мирабель.
Мнения девушки – хочет ли она замуж за знаменитого бабника и лжеца – никто не спросил. Бедняжка промучилась в браке четыре года и покинула этот мир: сломленная, разочарованная и жутко уставшая.
Все это промелькнуло в голове за долю секунды, пока я, сжимая кулаки и стискивая зубы, твердой походкой пробиралась через разодетых гостей, под звуки музыки, смех и звон бокалов к плеяде внешних балкончиков. Всюду мелькали знакомые Бель высокомерные лица. У большинства вместо улыбок на лицах сверкал звериный оскал. Кто-то даже пытался заступить дорогу и заговорить.
"Бель не посещала королевские балы много месяцев, от того ее появление во Дворце наделало немало шума. На меня оборачивались. Женщины шептались и ахали. Мужчины, не скрывая любопытства, пожирали глазами.
- Мадам Мирабель? – Удивленно воскликнул очередной мужской голос за спиной. – Вы выздоровели?
- Да, - прошипев, я не обратила на собеседника внимания.
Прямо передо мной возникла тяжелая занавесь, а за ней балкончик – с которого доносились томные вздохи, приглушенные игрой музыкантов.
