Кофейня мадам Мирабель (СИ)

Спустившись по широким ступеням в просторный, залитый солнечными лучами холл, покрутилась на месте с горечью осознавая, что даже некому сообщить о том – в какое время вернусь обратно.

Веймаер о Бель не вспоминал. Слуги воспринимали, как ходячее привидение, изредка являющееся из спальни ровно в полдень, дабы прогуляться по цветущему саду. Родители давно забыли о дочери, отданной влиятельному герцогу в обмен на положение, титул и перспективные знакомства.

Улавливать обрывки фраз горничных, что третий день подряд обсуждают внезапное исцеление болезной госпожи, тоже было до тошноты противно и горько.

- … ага, вдруг ни с того, ни с сего, поправилась. А через вечер оделась и поехала на бал в королевский дворец!

- Чудо?

- Ой, сомневаюсь. Не иначе происки злых сил.

- С каких это пор ты стала верить в темные силы?

- С недавних. Демоны с ним с исцелением. Но, девочки, мадам задумала развестись! С герцогом, представляете!

- Ты уверена, Син?

- Клянусь жизнью. Подслушала их вчерашний разговор в гостиной.

- Мирабель совсем обезумела?

- Разводиться с таким мужчиной?

- Ох, точно происки злых сил.

- И мне, девочки.

Я тряхнула головой, едва сдерживая порыв ворваться на кухню, из которой несся шепот, и уволить дрянных сплетниц к лешему."

"«Не зачем», напомнила себе, успокаиваясь глубоким вдохом, и шагнула к парадным дверям, покидая имение. Очень скоро я окончательно перееду в старую тётину кофейню, а это место навсегда вычеркну из памяти.

* * *

- Вы выздоровели, мадам?

Изумленный возглас управляющего банка вывел из нервного оцепенения, в каком я пребывала с момента выхода из имения блудного герцога.

Наняв экипаж (благо в новом мире уже более-менее освоилась), велела извозчику доставить к Королевскому банку, вошла в трехэтажное заведение, сложенное из бежевого камня и, не медля, направилась к кабинету управляющего.

С мсье Хоком мы столкнулись в дверях.

- Добрый день, - улыбнулась, окидывая внимательным взглядом пожилого мужчину с густыми черными бровями, пухлыми щеками и нездоровым зеленоватым оттенком кожи. – Вы правы. Выздоровела и с недавнего времени внимательно слежу за состоянием собственного здоровья.

- Это чудесно. Я рад.

- Спасибо.

- Так понимаю, вы ко мне?

Хок цепко прищурился. На нем сидел опрятный темно-коричневый костюм из плотной шерсти, мощную шею обвивал шелковый платок. Ботинки, начищенные до блеска, слепили глаза. Морщинистые пальцы украшало по паре колец с крупными драгоценными камнями. В памяти Бель – Икинс Хок отпечатался размытым пятном. Девушка всего дважды общалась с этим господином, и оба раза на званном приеме, где о делах говорить было непринято.

- Да.