3
0
- Я помню тебя, - произнес Александр, не сводя с меня пристального взгляда.
Я потупилась, заметно нервничая.
Когда Алекс был почти незнакомцем – пусть влиятельным и могущественным, я хотя бы знала как с ним себя вести. Теперь же передо мной сын короля и всё опять безумно усложнилось. Понятия не имею, что думать дальше.
- Эй, - он обрисовал контур моего личика, мягко обхватил за подбородок и приподнял голову, вынуждая смотреть на себя. – Я не собираюсь восходить на престол. Корона мне не нужна. Должность Советника меня вполне устраивает.
- В таком случае, - облизнув вмиг пересохшие губы, покачала головой, – кто сменит больного правителя на посту?
- Кто-нибудь из дальней королевской родни.
- Никогда о нем не слышала, - тихо призналась, чувствуя, как болезненно щемит в груди.
- И правильно, ему только одиннадцать, - с усмешкой заметил мой тайный, безумно симпатичный покровитель. – Так, хватит, тут сидеть. Поднимайся с холодного камня, Бель. Идем ко мне, - вдруг властно добавил. Выпрямился и, подхватив меня на руки, покинул затянутый зыбкими вечерними тенями балкончик.
Глава 31
Только спустя час я более-менее пришла в себя и смогла сползти с широкой кровати с высоким резным изголовьем.
Апартаменты Александра, в каких он проживал, будучи частым гостем Дворца, впечатляли сдержанным интерьером и отсутствием привычной роскоши: на стенах бежевые обои, всюду массивная мебель из светлого дерева, окна украшают тяжелые занавески. Оглядывая внушительную люстру над головой, всё еще потряхиваемая нервной дрожью после неудавшегося убийства, с минуту делала глубокие вдохи и прошла в ванную комнату.
Не слабо он меня толкнул.
Еще чуть-чуть и всё было бы закончено.
Измученное борьбой с перилами тело страшно болело, мышцы тянуло, в голове бил набат. Вернувшись в постель, я долго разглядывала блеск огоньков в хрустальной люстре и гадала, чем вся эта история закончится для хозяйки маленькой уютной кофейни.
Алекс – сын короля, пусть рожденный вне брака, не имеющий права на трон, но факт его кровного родства с монархом перевернул мою жизнь вверх тормашками. Йен тоже – хорош. На что он надеялся, сталкивая меня с балкона при стольких свидетелях?
- Полагаю, на блестящие умы своих законников. Которые добились бы для мужа, доведенного до отчаяния нездоровым поведением жены, оправдательного приговора. – Раздался с порога низкий мужской баритон.
Забывшись, я, оказывается, размышляла вполголоса.
