0
0Женщину на фото захватить живой. Не повредить ублюдка внутри нее. Все предельно ясно.
— Вот именно, — слегка «остыл» Иншаков.
Завыла сирена, подтверждая, что самолет прямо сейчас залетел в зону десантирования.
— Валите уже отсюда… дегенераты! — капитан хлопнул по кнопке и медленно опустился транспортный люк. Правда, он застрял на середине, и капитан смачно выругался, высказав все, что он думает о «Почте России» в целом, и об этой летающей рухляди, в частности. Но проем был широк, поэтому смуглый здоровяк что-то прокричал на своем непонятном наречии, его бандиты восторженно завыли и, один за другим, посыпались за борт.
— Мы не обезьяны, белый тупица! — раздалось сзади, и мощный доспех капитана с легкостью пробило лезвие арита — плода запретной любви короткой косы и серпа, что являлось фирменным оружием филиппинцев.
Последнее, что видел в своей жизни Иншаков — это еще два взмаха странного оружия, и как Хабаккук продемонстрировал ему два окровавленных клочка плоти, бывших только что ушами гордого капитана гвардии Меньшиковых.
— В мою коллекцию к другим глупым белым! — заржал здоровяк.
А затем и этот громила нырнул в темноту ночи за бортом самолета, вслед за своей полусотней.
Глава 6
Нейтральное воздушное пространство
Где-то над Черным Морем
— Ну и что, деятель, будем делать? — Бурбулис сложил руки на груди, недовольно глядя на своего… гхм… подельника.
— А что не так? — лучезарно улыбнулся Бухой Дед, и ловко запустил пустую бутылку из-под шампанского в урну. Но тут же нахмурился. — Или ты про шампусик? Да, это реальная засада. Гребанные лягушатники, хоть бы спирта на служебные нужды где- нибудь припрятали! Оптику там протереть, к примеру! Но нет! Исключительно шампанское! Знаешь что, друг мой? Кажется, я напился этой дряни до конца жизни!
— Да я не про это! — разозлился Бурбулис. — Я про нашу ситуацию.
— А что не так с нашей ситуацией? — искренне удивился Дед.
— Да ты не прикидывайся, — буквально застонал Бурбулис. — Ладно, мы над Дунаем как-то пролетели и нас никто не сбил! И хрен знает, что ты им наговорил, то они всего лишь попросили над речкой лететь!
— Эх! Никакого уважения! — вздохнул Бухой, и лихо, по гусарски, сбил верхнюю часть бутылки неизвестно откуда взятой кавалерийской саблей. — Вот швейцарцы помнят! А эти… Эх!
Он налил шампанское в две большие вазы для цветов и протянул одну Бурбулису.
— Херню ты какую-то несешь… друг мой, — скривился Бурбулис, но вазу взял, отхлебнул и выругался. — Да хоть бы пиво щас!
— Ага! — кивнул Дед.
