7
0
Отлично, у меня сын ещё не родился, а уже своевольничает. Боги, что же он устраивать будет, когда появится на этом свете?
Почему-то отвлечённо подумалось, что младенец с возможностью телепортации — та ещё головная боль. Хорошо, хоть у меня будет возможность его отыскать по кровной связи и перенестись к нему. Ну, а если он, к примеру, из любопытства в жерло вулкана перенесётся?
Нужно придумать какой-то временный ограничитель сил, может, Райо знает, у них же целый род портальных прыгунов был. Наверняка, как-то спасались. А пока придётся проводить воспитательные работы сыну самостоятельно.
«Сын, запомни, мы отвечаем не только за себя, но и за наших близких. Сегодня тебе повезло, и дядя Джованни оказался чуть лучше, чем я о нём думал. Но в другой раз может не повезти, и твою маму выпьют, как стакан воды в пустыне: жадно, не пролив и капли. Думай и принимай решения с оглядкой. Ты — мужчина, и теперь твоя задача в первую очередь оберегать маму».
«Хорошо, пап! — согласился с моими доводами сын. — Я не хотел тебя испугать или навредить маме. Но дядя… он не плохой, ему просто больно. Он помнит, как убивал маму»."
"Как младенец в утробе может что-то помнить, я плохо представлял. Но до появления сына я тоже плохо представлял, что буду общаться с ним по кровной связи до его рождения.
Так, с воспитательным вопросом разобрались. Ещё бы в нюансах артефакторики разобраться.
— Райо, как так вышло, что твой ещё не родившийся правнук умудрился подчинить душу твоего брата и не дать тому выполнить свои защитные функции?
— До твоего вопроса я бы ответил, что это нереально, — нахмурился дракон. — Душа Йордана сильнее априори. Разве что правнуку досталась лишь одна треть от души, и её он смог с лёгкостью не просто поглотить, но и подчинить себе.
«Йордан?» — позвал я защитника, но тот не ответил.
— Он не ответит, если часть души поглощена, — покачал головой Райо.
— Ему досталась не треть, а две трети, — вступила в разговор Тэймэй, с опаской косясь на сестёр Агафьи. — Я отказалась от защиты в пользу усиления сына.
— А меня никто не планировал поставить в известность? — возмутился я, сверля взглядом жену, но та даже взгляд не отвела.
— Он — наш сын, и я ради него отдам всё, даже жизнь, если потребуется.
Сестры Агафьи до того безучастно сидящие в паре кресел камина только закатили глаза, показывая своё отношение к услышанному, чем и привлекли моё внимание.
— А теперь скажи-ка мне, Паук, у нас вышла из строя система сигналок? Почему сработала система оповещения только тогда, когда маг смерти наложил руки на мою жену и сына? Неужели его никто никак не обнаружил на проекции карты?
— Обнаружили, но он светился как союзник. Я вообще думал, что это эрг. У нас смена караула была. Всё совпало, визуально его нереально было проследить.
