– Примите… примите мои соболезнования. Я не знал.
Его мозг врача-исследователя быстро прогнал скорбь и страхи. «В таком случае будет значительно проще проверить его на наличие каких-либо болезнетворных организмов». И тотчас же сокрушающее осознание: нужно сделать столько дел, а у него нет никаких полномочий.
Как было бы хорошо, если б они имели дело с чем-то известным! Но то, с чем они столкнулись, не имело никаких аналогов.
В эпидемиологии редко приходится сталкиваться с чем-то действительно новым. Даже проявление какого-нибудь «нового» заболевания на самом деле, как правило, оказывается побочным следствием или мутацией чего-то уже известного.
Но вот наконец по крайней мере одна хорошая новость: эта болезнь, если это действительно болезнь, судя по всему, действует медленно, хотя разумных путей ее распространения пока что не видно.
Он мысленно взял на заметку: паразиты. Гм. Тут что-то есть. Именно так паразит захватывает тело хозяина, заставляя его выполнять действия, которые нужны именно паразиту, а не хозяину… определенно, об этом стоит задуматься.
Робби высказал вслух то, о чем подумал Бенджи:
– Мы не знаем, что является причиной этого: тут на первое место выходит СИЭ. Первоочередная задача моей группы…
– Это может быть делом рук террористов, – перебил его Петт.
– Что?
– Это может быть делом рук террористов. Не надо сбрасывать такое со счетов. У меня есть приятель в министерстве внутренней безопасности. Если там проведают о случившемся…
– Террористы… террористы тут ни при чем, твою мать, при всем моем уважении.
– Странно, – огрызнулся Петт, – как это люди говорят «при всем моем уважении» сразу после того, как бесцеремонно задвигают тебя в задницу!
– Террористы тут ни при чем, – вмешался Бенджи, стараясь сохранить всеобщее спокойствие.









