Ты для меня?

— Лера, Дьявол тебя дери!

— А давай…Дьявола заменим…Германом? Уверяю, ты справляешься…в разы…лучше-е-е-е, м-м-м!

— Ох, ты ж, бл*дь…

Оплела ногами мужскую талию, и, глядя в глаза, призналась:

— Я скучала по тебе. Скучала.

Давыдов замер, а после заговорил, гневно. Порывисто. Сопровождая каждое слово новыми мощными фрикциями:

— Скучала она! Я, с*ка, с ума сходил…а она скучала!

— Гера…

— Что…если я…даже сейчас, проникая глубоко в тебя…скучаю?

— А?

— Что если мне…мало? Всегда…тебя…МАЛО?!

Похоже, мозг у нее окончательно атрофировался, ведь не понимала, о чем он пытается ей сказать. А потому, пресекая лишнюю болтовню, со всей страстью, на какую только была способна, обрушилась на его губы.

Ну, так бери…столько, сколько требуется…сколько хочешь. Сколько сможешь. Хоть всю выпей, если тебе нужнее…все мое — оно ведь, твое!

Лишь когда оргазм накрыл обоих своим чувственным фейерверком, заставляя кричать от удовольствия в бескрайнее небо, поняла, что выболтала последнюю фразу вслух!

Господи! Чем ни признание в любви? Черт! Черт! Ч-е-е-е-р-т!

Оставалось надеяться на полнейшее погружение Германа в совершенно другой процесс.

Секунду спустя, он рухнул рядом. Измотанный и уставший. Вьющиеся волосы липли к вспотевшему лбу. Поддавшись нежному порыву, прильнула к нему, укладывая голову на покрытую жесткими волосками грудь. Одичалый пульс постепенно приходил в норму.

— Никого не было, — неожиданно признался Давыдов, зарываясь носом в ее волосы. — И за долго, до твоего «да».

Сердце зашлось с новой силой.

Господи, пусть его слова окажутся правдой!

— Так я и поверила, — шутя, впилась ногтями в плоский мужской сосок. — Мерзкий лгун…

Герман как-то странно усмехнулся:

— С той ночи, после клуба. И по сей день.

От радости хотелось визжать. Из последних сил сдерживалась, глупо улыбаясь.

— Ну, а у меня…очень давно.

— Знаю. — Крепче прижал к себе. — Ты чертовски узкая…там. Почти, как в наш первый раз.

Их первый раз…

Улыбка сползла с лица, а тело напряженно застыло. Она очень боялась, что Герман сейчас очнется, и вновь, закроется от нее. А потому, поспешила сменить тему разговора.

— Надо же, все в точности, как я озвучила тебе, сегодня утром. Газон перед домом. Поздний вечер…и множество…приятных моментов.

— Луны не хватает.

— Плевать на Луну! Я видела звезды…

— Я не дам тебе забыть эти слова.

Вновь повисла пауза. И вновь ее нарушил он.

— Во сколько начнется мероприятие?

— В одиннадцать.

Герман бегло посмотрел на часы.

— Ты должна там быть. За пятнадцать минут соберешься?

— Да!

— Отлично. Вперед!

— Что заставило тебя передумать?"

"— Во-первых, нужно же когда-то выводить деревенщину, в свет. — Перехватил ее удивленный взгляд.