8
0
— Ст*рва! — То ли прошипел, то ли простонал Давыдов, внезапно заключая в объятия.
Лера столь опешила, что и сопротивляться не подумала. Напротив, тоже обняла в ответ. Крепко-крепко. Стиснул он, стиснула и она.
Наслаждалась окутавшим ее ароматом, теплом сильного мужского тела. Заворожено прислушивалась к его шумному дыханию, надрывно громыхающему где-то за грудиной сердцу. Нормальная девушка уже давно бы тревогу била, да к психиатру на прием записывалась.
Что за бред? Разве возможно трястись от наслаждения, только слыша этот звук?
Да! Оказывается, да…
— Ты меня с кем-то путаешь. — Хмыкнула, грустно улыбаясь.
Давыдов отстранился, но лишь для того, чтобы развернуть ее лицом к перилам. Девушка послушно встала, расслабленно сложив руки на широкий бордюр.
Отчего-то уверенна была — ничего плохого он ей не сделает. Сам он встал позади, точностью повторяя ее позу. Очень близко. Будто щитом от всего мира отгородил. Живым. Теплым. От этого в душе что-то ломалось. Рушилось, и осыпалось, подобно штукатурке, с потрескавшейся стены. Их тела соприкасались, от чего по коже пробегали всполохи электричества. Прямо искрило. Хоть она и настойчиво игнорировала сигналы мозга, не чувствовать не могла. А когда Гера накрыл ее пальчики своими горячими ладонями, и вовсе задрожала, как от сильнейшего озноба.
— А ты меня, — пробубнил недовольно, уткнувшись в ее волосы. — И, путаешь конкретно!
— С кем же? — Прикрыла глаза, пытаясь навсегда сохранить в памяти это мгновение. Запомнить ощущения. Его горячее дыхание в ее волосах.
Что-то невероятное. Что-то из области фантастики.
— Хотел бы я знать. — Задумчиво. — Очевидно, что со своим бывшим.
Непроизвольно, каждая мышца в теле окаменела. И воздух стал неимоверно горячим. Казалось, проникая в нее, он выжигает легкие изнутри.
Почувствовав в ней перемены, Герман прижался еще плотнее, и начал вырисовывать на ее ладонях незатейливые узоры, собственными пальцами. Не сказать, чтобы эти манипуляции приносили видимое расслабление, но уж, совершенно точно, отвлекали от грустных мыслей. Помогали игнорировать вставший в горле ком.
— Так уж и путаю? — Проскрипела еле слышно. — По мне, вообще, разницы нет…ты, такой же. Такой же, как он.
Теперь, от слов Леры, напрягся уже Давыдов. И девушка чувствовала это, не только каждой частичкой своего тела. Даже, на интуитивном уровне.
— Как же, чертовски сильно ты заблуждаешься, Мелкая…я — хуже!
— Может и хуже, — протянула, устало всматриваясь вдаль. Глаза щипало от непролитых слез. — Я не планирую проверять на собственной шкуре, так ли это. Но, сегодня ты заставил меня окунуться…заново почувствовать. В моей жизни была очень похожая ситуация, Герман. Только на месте Алины была я. Наивная. Влюбленная. Слепая.
