Торт от Ябеды-корябеды

Я уж туда кипяток лью, а они…

– Кротов тоже на фиг, – отрезала Макси и ужаснулась: – Дорогуша, да ты живодерка! Убиваешь кротов!

– Так все поступают, – начала защищаться Круглова.

Макси воздела руки к потолку.

– Опять этот аргумент! Ты Клару можешь задушить?

– Конечно, нет! – возмутилась тетя Мура.

– Почему?

– Ну… она… люблю ее, – пустилась в объяснения Надежда Андреевна, – у кисоньки есть имя.

– А-а-а, – обрадовалась Макси. – Докопались до корня проблемы! Сейчас вырвем его одним махом. Надин! Запоминай! Всех твоих ежей зовут Федорами, а кротов – Семенами.

Можно убить Федю и Сеню?

Повисла тишина.

– Ну… нет, – в конце концов выдавила из себя Круглова.

Элен зааплодировала.

– Победа маленькая, но победа! Все ясно. Дорогуша, ты хочешь жить в стоячем болоте, вести унылый образ жизни, а Мэри – фейерверк, который весел и счастлив. Трудно тебе это понять. Но крохотная победа придала мне сил! Завтра продолжим беседу!

Макси схватила телефон.

– Алло! Милый, забери свою любовь отсюда!

Телефон исчез в сумочке, Макси встала. Я поняла, что ее шелковая блуза заправлена в кожаную мини-юбочку.

И тут кто-то позвонил в дверь.

– Эжен прилетел на крыльях ветра, – улыбнулась Элен и быстро вышла.

Мы все поторопились за ней, я открыла дверь, и в холл вступил блондин лет тридцати, не больше.

– Добрый вечер, господа, – весело поздоровался он. – Разрешите забрать мою девушку?

– Всем пока, – пропела Макси.

Пара исчезла.

– Она его девушка? – растерялась Надежда. – Что люди-то говорят?

– А плевать, – засмеялся Степан, – пусть болтают.

Глава 22

– Интересная информация, – громко произнес Кирюша, когда я утром вошла в офис.

 – Сначала я порылся в биографии Валентины. Ее родители жили скромно. В доме, который теперь считается элитным, Юркины проживали с рождения. Квартиры там получили их дедушки. Внуки вместе ходили в сад, в школу, потом поженились. После кончины родителей паре в наследство досталось две квартиры. В одной Юркины жили, вторую сдавали. Когда дочь посадили, старшее поколение в кратчайший срок избавилось от двушки жены, трешки мужа и уехало в Петропавловск-Камчатский. Потом они купили дом в селе Рыбное, сейчас у них небольшая ферма, есть аккаунты в соцсетях, там указан телефон для покупателей. Разница во времени с Москвой – плюс девять часов. В шесть утра по нашему времени связался с ними. Ответила мать, она меня выслушала и спокойно заявила: «У нас была дочь Валентина, но она умерла. Давно. Прошу больше никогда не напоминать нам о ней».

– Сурово, – заметил Степан. – Похоже, родня Юркиной живет, как тетя Мура – постоянно держит в голове вопрос, что люди скажут."

"– Валентина после суда осталась абсолютно одинока, – продолжил Великанов.