Князь Демидов #03

— Как ты это сделал?! — главарь с ужасом поднял лопнувший мяч: — Одной рукой?! Парень, ты вообще, кто?

— Он — мой суженный! — Иришка гордо вышла вперёд: — А вы… чуть не разбили мне нос!

— КИ-И-И-Я-Я-Я-Х-Х-Х!!! — с ближайшего дерева рухнула Рита, неистово записывая что-то в своём миниатюрном блокноте: — Строганову привлекают опасные парни!!! О-о-о-о, да-а-а-а-а!!! Слышите?! Строганова любит опасных парней!!! Демидов выбрал для себя криминальную принцессу!!! Распространите!!!

— Прошу меня простить, Госпожа Строганова… — главарь поклонился: — И ты… Демидов… Просто, у нас ограниченное время на стадионе… И я торопился…"

"— Две недели, барбос.

— я улыбнулся, и подмигнув, направился дальше. Устинья изобразила петлю у себя на шее, а затем ткнула указательным пальцем на главаря. Тот явно пребывал в шоке, как и его спортивные друзья.

Сам нарвался.

Как бы сейчас сказал Митрич — пускай учится отвечать за базар.

— Володя, ты просто невероятен! Спасибо тебе большое, что… снова спас меня… — Иришка растолкала Устинью с Рудольф и тут же схватила меня за руку: — Могу я что-нибудь сделать для тебя в качестве благодарности?

— Можешь.

О, да… И я хочу этого прямо сейчас.

— Правда? — блондинка слегка смутилась: — И что же это?

— Например, не играть Ромео и спокойно привязать нового духа.

— Кх… — казалось, что внутри Иришки что-то с упало и разлетелось в дребезги: — Вот, как… Что же… Я исполню твоё желание… Ты же всё-таки спас меня… Опять. Как-нибудь порепетирую одна…

Тяжко вздохнув, блондинка с большой неохотой поплелась к себе в общежитие.

— Эта девушка хочет от тебя потомство. — заключила Рудольф.

— Да! Я тоже это заметила. Угу-угу! — закивала Устинья.

— И что с того? Я не разделяю её чувств. И она об этом знает.

— Но продолжает надеяться… — с грустью вздохнула лиса: — Человеческая любовь — страшная штука.

— Тебе-то откуда знать? — усмехнулся я.

— Меня выбросили из-за ревности. — Рудольф опустила взгляд: — Мне он привозил наклейки. А моей хозяйке — ничего. Не понимаю, как к духу вообще можно ревновать, но… у хозяйки были истерики. Она ругалась на меня. Приказывала никогда больше не подходить к нему. А я и не подходила. Никогда не подходила. Но скандалы не прекращались… Отчасти, я даже счастлива, что смогла уйти из той семьи.

Единственное, жалко, что с мы с Надюшей больше никогда не увидимся…

— Это та девочка, которую ты воспитывала?

— Ага. — что-то лиса совсем погрустнела: — Обещала себе не привязываться к людям. Неблагодарное это дело…

— Вот-вот! Их жизнь, в сравнении с нашей — лишь маленькая яркая вспышка, мур-мя. — кошка нехило подлила масло в огонь: — Я дико переживала за своего офицера. Да что там? Я уже переживаю за Володю, как за своего сына! Мур-мя!

— Ты не можешь быть моей матерью.