И еще что-нибудь красивое ввернуть «про слезинку ребенка», удобрив все гендерно-расовой херней про превосходство меньшинств и непомерную разумность, решительность, доброту и независимость абсолютно каждой личности, у которой пусть и была белая морда, но главное не имелось орудия преступления в виде члена.
Только бараны отчего-то позабыли, что вокруг не «цивилизация» с какой-то видимостью неких правил и законов, присутствия государства, заставлявшего их выполнять, а нормальное такое человеческое общество, где тот, у кого есть сила, тот и прав.
И абсолютно не важно в чем она заключается и на чем базируется, моя, например, — в правде и в молоте.
У кого нет, пусть молчит в тряпочку. Качается, растит мышцу. В принципе, подобные правила везде работали, работают и будут работать, кроме эльфийских кущ.
«Скоро увидимся», — отбил в ответ. Хотел добавить, «готовьте гробы, суки», но сдержался.
В общем, интересные пассажи и такие же пассажиры. Мы имеем право сеять смерть кому захотим и когда захотим без всякой на то причины, а как прилетает ответочка, так сразу: «почему все кругом плохие?», «баг», «правила» и тэдэ.
Не смотря на вспыхнувшую яростья, я продолжал заниматься делом. Сейчас получат по сусалам, а затем вдруг прозреют и… входящий аудиозвонок. Опять Ролан Алый, и десяти минут не прошло.
— Килл, — едва «взял трубку», как в наушнике раздался басовитый голос, парламентер явно торопился, о чем и сообщил, — У меня очень мало времени, в остальное нахожусь под неустанным наблюдением нашего совета и все текстовые сообщения с тобой отслеживаются коалицией, поэтому вышел на связь таким образом.
— Слушаю, — ответил, а сам задумался о другом.
— Я и отдельные люди, не из Совета, — вновь быстро заговорил товарищ, — Полностью согласны с твоими условиями! И готовы пойти навстречу.
— Почему? И «вы» — это кто? — спокойно спросил.









