6
0
«Пауль, ты что же… знал о готовящемся нападении?»
Герцог улыбнулся, сжал локоть командира «ланспасад», сел в куттер.
«Просто меня предупредили».
«Кто, если не секрет?»
«Вселенная».
Аппарат взлетел, а руководитель отряда подстраховки остался стоять, запрокинув голову и открыв рот.
Анастасия Демидова собиралась отдыхать – ночной отдых для нее включал три часа полного сна и два медитации, – как в дверь позвонили.
Ратибор обещал быть дома только через два часа, а он всегда был точен, и Анастасия, вспомнив предупреждения Аристарха, решила последовать его совету.
Жили Берестовы в Новосибирске: северный радикал, Лосиная Магистраль, сто сорок четыре, в доме коллективного пользования, проекта старого, но удобного. Вернее, жила здесь Анастасия, Ратибор жил в Рославле, недалеко от внука, но жену навещал регулярно.
В квартиру можно было попасть как из коридора с лифтами, так и со стороны балкона-оранжереи. Именно отсюда и собирался войти незнакомец, хотя как он там оказался ночью, Анастасия не поняла, разве что высадился из аэра; квартира их располагалась на сотом этаже.
Дверь бесшумно лопнула лепестками диафрагмы, в гостиную вошел невысокого роста человек в форме пограничника-стармена. Остановился, разглядывая хозяйку. Габриэль Грехов собственной персоной.
Анастасия подняла руку ко рту, глаза ее стали огромными, потемнели.
– Привет, – сказал он тихо, с улыбкой, погасившей мрачный огонь в глазах. – Меня еще помнят в этом мире?
Грехов сделал жест, будто вынул что-то из-за спины, и подал женщине букет цветов, земных, полевых, благоухающих всем спектром луговых запахов.
– Ратибора еще нет, – беззвучно проговорила Анастасия.
– Я знаю. – Габриэль внимательно глянул на нее, понимая все без слов. – Я могу прийти позже.
– Нет, проходи. Извини, я… просто я не ожидала… – Женщина вдруг всхлипнула, глаза наполнились влагой, но она сдержала слезы.
– Верю.
Они сели в гостиной, разглядывая друг друга. Потом Анастасия вспыхнула и убежала в спальню, откуда вышла в черном вечернем платье, меняющем плотность и рисунок золотых и серебряных жил. Она действительно сохранила всю красоту и грацию, несмотря на прошедшие полвека с момента их расставания, и Грехов передал ей свои чувства в сложном и объемно-красочном слогане.
Хозяйка снова покраснела, но она уже пришла в себя и начала относиться к ситуации с иронической грустью.
