6
0Вот бы спросить у этого разума, каков смысл его деятельности».
Влад промолчал, подумав, что даже человек не знает смысла своей жизни, что уж говорить о коллективном негуманоидном разумном существе.
Птеран пролетел еще несколько десятков километров над торосами снежно-ледяной окраины Земли, остановился над огромной неровной трещиной, расколовшей снежное поле. Дальше начиналась зона разрушений и деформаций ледяного покрова океана при почти полном отсутствии атмосферы, что сказалось и на температуре внутри кабины аппарата.
«Как здесь холодно, – поежилась Ванесса, хотя могла выдержать и более серьезную отрицательную температуру.
«Ничего не замечаешь?» – спросил Влад, разглядывая хаос ледяных скал, гор, нагромождений глыб, торосов и стен, сменивших кружевные «паруса», «скульптуры» и «замки».
«Где?»
«Левее разлома градусов на тридцать».
«Похоже на какое-то искусственное сооружение, – спустя минуту сказала Ванесса. – Подойди поближе»."
"Посмотрев на счетчик энергозапаса, Влад опустил птеран пониже и завис над длинным и широким снежным валом сигаровидной формы, с рядом ям и дыр, складывающихся в геометрически правильный узор.
«Господи, неужели и здесь кто-то живет?!»
«Гоминоиды, – сказал Влад, уже догадываясь, чье жилище они обнаружили. – Медвериды, потомки белых медведей».
«Может быть, спустимся и познакомимся?»
«Не рекомендую, человек для медверид является не братом по разуму, а преимущественно пищей. Проверено жизнью».
«Где же они сами? Прячутся, что ли? Как тут вообще можно жить, при температуре минус пятьдесят и низком давлении?»
«Жизнь приспосабливается к любым условиям», – философски заметил Влад.
Ванесса прыснула, обняла его, так что птеран клюнул носом, и начала тормошить, дергать за волосы и целовать, пока он не рассердился. Тогда геянка откинула сиденья в кабине, искоса посмотрела на порозовевшее лицо Влада, на котором было написано колебание, и начала раздеваться.
«Посади где-нибудь машину и включи отопление на всю мощь. Времени у нас до вечера достаточно».
Уник на женщине треснул «молнией» застежки, открывая ее грудь, и Влад уже больше не колебался.
БОРЕЙСКИЙ ТОННЕЛЬ
Путь назад к островам Борейского архипелага показался длиннее, чем в обратную сторону.
Поговорили о родителях Влада, с которыми он, естественно, хотел встретиться, потом о традициях и обычаях общины, но Влад больше молчал, пытаясь отстроиться от «взгляда сверху», и Ванесса тоже замолчала, с задумчивым видом разглядывая удалявшуюся «страну Снежной Королевы», а потом океан под аппаратом.
