Хроники Реликта. Том 2

Ванесса кинула на него понимающий взгляд, снова обратилась к пограничнику:

– Мой напарник интересуется чужанами. Неужели за сотни лет после Катастрофы они не появлялись у своей колыбели?

– Этого никто не знает, – улыбнулся Савватий. – Накоплено множество интересных записей событий на Чужой, которые можно интерпретировать и как появление живых чужан, однако точных данных нет. Да вот недавний пример: ни с того ни с сего засветился вдруг один «мертвяк».

– Кто?

Командир погранзаставы засмеялся:

– Так мы называем глыбы чужан. Кстати, если хотите, можете посмотреть на это явление, наши парни доставили «мертвяка» в лабораторию.

Время у вас есть?

– Полчаса найдется.

Обрадованный тем, что может побыть в обществе красивой женщины лишние полчаса, пограничник повел своих гостей из служебного модуля в транспортный отсек (по пути Ванесса трансформировала платье в комбинезон сотрудника ОКО), где они сели в кабину метро и перенеслись на полусферу исследовательской базы, располагавшейся всего в двухстах километрах от Чужой.

Зрелище плотного черного роя обломков, хорошо видимых из-за свечения возбужденного вакуума, захватило Влада, и он с большой неохотой покинул зал визинга, чтобы посмотреть на глыбу чужанина, перенесенного из роя в лабораторию.

Впрочем, зрелище «мертвяка» оказалось не менее захватывающим, поэтому кладоискатель рассматривал его с нескрываемым жадным интересом, помня описание чужан, сделанное прадедом Ставром в «Своде истин». До этого момента Влад не сталкивался с обломками чужой Вселенной лицом к лицу."

"Пятиметровая глыба чужанина висела посреди лабораторного отсека, похожая на гигантский кусок антрацита, подвешенная на невидимых силовых подушках.

Казалось бы – ну камень и камень, большой кристаллический булыжник или на самом деле кусок угля. Но, во-первых, этот «камень» создавал удивительное ощущение глубины, бездны, тайны, особенно если на него долго смотреть, а во-вторых, из него во все стороны били лучи света. Для полноты впечатлений свет в зале лаборатории, забитом всевозможной аппаратурой, выключили, и тогда «мертвяк»-чужанин предстал перед гостями во всей своей феерической необычности, похожий на елочную игрушку какого-то великана.

– Топос, – проговорил довольный эффектом командир заставы, будто сам придумал этот фокус.

 – Пространство с переменной вариабельной топологией, как выражаются наши остроголовые умники.

– Так просто? – с едва уловимой иронией сказала Ванесса.

– Я бы не сказал, – не понял юмора Савватий. – Простота и истина не одно и то же, а в данном случае и вовсе не приходится говорить ни о простоте, ни об истине. Два дня назад спектр свечения «мертвяка» был другим, близким к ультрафиолету, сейчас же он стал желтым.

Свет в зале загорелся снова.