Хозяйка графских развалин

Например… Если она знает о моём беспамятстве, то почему одновременно упрекает в незнании?

Я накалываю на шпажку следующую “капусту” и разгрызаю, а помощнице ничего не остаётся, кроме как налить в мой стакан напиток, название которого я ещё не успела узнать.

Господыня наблюдает за мной не мигая, и я начинаю чувствовать себя обезьянкой из зоопарка, но не подаю вида и откровенно наслаждаюсь угощением. Я чувствую, что делаю что-то не то, но, в чём ошибка, не понимаю.

— Значит, мне придётся напомнить.

— Звучит как угроза, — хмыкаю я.

— Мне нужны слёзы солнца.

Эм?

— Простите, господыня Оти, что? — о чём она вообще? Как жёлтый карлик может что-то ей по заказу нареветь? Звучит абсурдно. Возможно, есть некий артефакт под названием “Слёзы солнца”?

— Слёзы солнца, — повторяет она как нечто само собой разумеющееся.

— М-м-м…

Резко повернув голову, она приказывает помощнице:

— Приведите.

Та молча склоняет голову и, попятвшись, скрывается за одном из многочисленных занавесов.

Господыня не уточнила, кого именно ей привести, но я ставлю на Гарета, и по спине ползёт неприятный холодок. Хорошо, если господыня решила переключиться с такой бесполезной собеседницы как я на него. А если она решила шантажировать меня его жизнью?!

За себя я почему-то не боюсь, а вот за Гарета тревожно.

— Господыня Оти, — начинаю я.

— Угощайтесь, леди, — перебивает она.

Я послушно замолкаю.

Время тянется, и я на каком-то невесть откуда появившемся упрямстве тяну из высокого стакана напиток, изредка таскаю шпажкой “капусту”.

Внезапная пауза подарила мне возможность подумать, но думаю я не о ситуации, не о том, как выбраться из плена. Хей, я сижу в ворохе мягких подушек, в тепле, и лопаю вкусняшки. Чем мне быть недовольной? Я думаю о себе, о той прошлой себе, какой я могла бы быть. От родного мира мне остались лишь обрывки воспоминаний, но даже их достаточно, чтобы понять — я жила в крупном городе, у меня были деньги и определённая свобода.

Почему я вдруг оказалась в теле купеческой дочки?

Может быть… я умерла?

Но тогда почему я не попала ни в страну мёртвых, если она существует, ни на перерождение? Как раз на перерождение я и попала, однако бракованное — воспоминания стёрты частично, тело чужое вместо младенческого.

— Господыня Имили Оти, ваш приказ исполнен.

— Веди.

Кто-то с той стороны отдёргивает полог.

Что же, я была права — привели Гарета.

Демон, скрывающий лицо под шлемом, держит “хвост” светящейся верёвки, которой по-прежнему связан граф.

Гарет не сопротивляется. Увидев, что я в полном порядке и никто меня не обижает, он, кажется, и вовсе успокаивается, хотя и остаётся напряжённым.

Господыня окидывает его задумчивым взглядом с головы до ног, убрать путы не приказывает, сесть не разрешает.