2
0
Гарет разворачивает меховой плащ и опускает мне на плечи, сам щёлкает застёжкой. Его плащ мне слегка великоват, в полах легко запутаться, и я опираюсь на руку… мужа. Законный муж, в голове не укладывается.
Меня поселят его покои? Мне придётся провести с ним ночь в одной кровати, под одним одеялом? А если брачный ритуал предполагает обязательную консумацию брака? А если не предполагает, но граф всё равно захочет близости? Имеет право. Или нет? Я аж спотыкаюсь от противоречия.
Внешне Гарет с его голубыми глазами и тёмными волосами привлекательный, его манеры, его поведение мне нравятся. Но я не готова к большему! Мне начинать паниковать?
— Что-то не так, Даниэлла?
— Я устала, — говорю я чистую правду.
— Комната должна быть уже готова, — заверяет Гарет.
— Специально для меня? — улыбаюсь я.
— Разумеется, Даниэлла. В вашем распоряжении Персиковая Опочивальня, смежная с моей.
Личная комната — это прекрасно.
— Спасибо.
— Даниэлла, вам не нужно благодарить. Опочивальня ваша по праву.
На языке крутится вопрос про первую брачную ночь, но острое смущение буквально лишает дара речи, и я убеждаю себя ни о чём не спрашивать. Какая разница? Захочет граф настоять и применить силу или нет, от меня не зависит.
Проще притвориться больной, не так ли?
Гарет отпускает мою руку, когда мы выбираемся на поверхность. Он отвлекается, чтобы задвинуть плиту. Я делаю шаг в сторону, хватаю морозный воздух. Мими и Гебби здесь, Бетти уже ушла. Бросила сестёр? Моё впечатление от старшей из сестёр всё хуже.
— Как вы, леди? — спрашиваю я Гебби.
— Скоро мне будет лучше, — улыбается девушка, однако Мими, судя по выражению её лица, оптимизма не разделяет.
К нам подходит Гарет. Очевидно, что двоих тащить он не сможет . Да и зачем? Я достаточно твёрдо стою на ногах. По крайней мере мне так кажется.
Путь обратно я запоминаю плохо.
Снег, развалины, узкий проход мимо стены Дома и холод — всё, что оседает в памяти.
Само собой получается, что вчетвером мы — Гарет, близняшки и я — не поднимаемся на жилой этаж, не расходимся по комнатам, а все вместе идём на кухню, где в очаге трещит ржаво-рыжее пламя, где притяно тепло и пахнет травами. Тётушка Хлоя, напевая под нос, что-то растирает в ступке толстым пестиком. Будто ведьма заговор читает.
Почему я на неё взъелась? Тётушка не сделала мне ничего плохого, наоборот.
Я ей признательна, что не мешает мне смотреть на неё с большим подозрением.
Она замолкает, откладывает ступку и низко кланяется:
— Граф, графиня.
Хм, она первая приветствует меня по титулу.
— Тётушка, Гебби не приняла лекарство, — Гарет помогает Гебби устроиться за столом и забирает у неё тяжёлый плащ..
— Ой, лишенько! Да как же так! Леди, вы уж потерпите, я мигом.
