Хозяйка графских развалин

— В Северном графстве, госпожа.

— М-м-м…, — неловко получается. — Северное графство на севере. Это всё, что я знаю. В окрестностях есть города, сёла?

— Госпожа…

Гарет меняется в лице. Заинтересованность в беседе и дружелюбие исчезают, а новые эмоции скрывает безупречная маска, граф превращается в этакого равнодушного истукана.

Похоже, случайно я попала по больному месту.

— Я что-то не то сказала? — поспешно уточняю я, чтобы хоть немного сгладить.

Однако ответить граф не успевает.

— Пфф, у госпожи острый язычок! — язвительно комментирует Бетти.

Зараза.

— Всё в порядке, госпожа, — уверяет граф.

Только вот Бетти не собирается отступать легко и с охотой поясянет:

— Вы, госпожа Даниэлла, в очередной раз продемонстрировали своё невежество. Поразительная необразованность.

— Бетти!

— Разве я не права? Госпожа станет графиней, а графиня-неуч… Действительно, мезальянс сам по себе настолько позорен, что нет смысла переживать о чём-то ещё.

Второй раз напоминать, что я готова отказаться от брака прямо сейчас, как-то глупо. Если у леди короткая память, то я не буду долбить как дятел по десять раз на дню одно и то же. Пожалуй, мне вовсе не стоит обращаться на леди внимание. Хочет язвить? Пожалуйста! Подозреваю, что Гарету её злословие уже давно поперёк горла, так что пусть сам с ней разбирается.

— Вас не затруднит меня просветить? Хотя бы в паре слов? — я улыбаюсь графу.

— Когда-то давно рядом было поселение, но когда мой предок окончательно перебрался в столицу, люди тоже покинули север. Здесь нет плодородных земель, а лето короткое и холодное, земледелием заниматься невозможно.

— Чем же жили люди?

— Обслуживали замок.

Тогда я не понимаю… Картина прорисовывается абсурдная. Был северный край, бесплодный и никому не нужный, а главное, он был необитаемый, потом до берега добрался некий аристократ, привёл людей, возвёл замок, храм, посёлок. Кто будет строиться там, где нет ресурсов?

Может, ресурсы были, но закончились?

А если поискать?

А если хорошо поискать?

— Пришли, госпожа, — граф отпускает мою руку.

Эм?

Относительно целое строение больше похоже на склеп, чем на храм: маленькое, приплюснутое, сложено из крупных грубых блоков, и в швах давно поселилась бахрома лишайника. Не боясь запачкаться, граф сдвигает скрывающую вход плиту, и за ней меня поджидает сюрприз.

Вниз под ощутимым наклоном убегает туннель. Вряд ли он построен, скорее, вырублен в скале. И уводит он в кромешный мрак.