6
0
Одна из девушек наполнила наши бокалы, вопросительно посмотрела на меня, и я покачал головой — ничего, мол, больше не нужно. Мы чокнулись, пригубили напиток, и я указал на несколько силуэтов на фоне воды.
— Новенькие?
— Да, — поморщился Верховцев. — Вы уж извините, Владимир Михайлович… Кто же знал, что против этих дегенератов, как против акул, подводные металлические сетки ставить нужно.
— Всего предусмотреть невозможно, вы же не Бог…
Мы немного помолчали глядя на реку и слушая тихий шелест волн. Оба понимали, что разговор должен начать первым я, а мне хотелось немного расслабиться — слишком насыщенным выдался этот день. Минут через десять вино взяло свое, ветер стал казаться немного теплее.
— Что новенького расскажете, Леонид Александрович? Кто еще умер пока меня не было? Только не говорите, что Де Линьола скоропостижно скончался, это было бы хреновым окончанием дня.
— Вроде все живы, ваше сиятельство, и даже испанец был в добром здравии когда я его видел в последний раз.
— А что насчет наших гостей, неизвестно как они под водой могли дышать? Эликсиры или артефакты?
— Пока нет, — покачал головой Верховцев. — Но думаю, что завтра нам об этом сообщат. Скорее всего эликсиры.
— Ну черт с ними, о чем вы хотели докладывать?
Виконт вытащил из кармана сложенный лист бумаги и протянул его мне.
— Это привет от Хавьера Рабадана. Магистр передал его примерно через час после вашего отъезда.
Я развернул листок и прочитал:
«Барон Леонор де Линьола, по кличке Испанец».
Чуть ниже значился телефонный номер.
— Расскажите немного подробнее, пожалуйста."
"— Ну, он сам позвонил мне, — сказал Верховцев. — Представился. Сказал, что хотел бы выполнить вторую часть достигнутого с вами уговора и продиктовал вот это имя.
— Понятно, — кивнул я. — А телефон?
— Я у него спросил: по какому телефону следует звонить если вы захотите с ним переговорить? Он ответил, что по этому, — пожал плечами виконт. — Вот я его и записал.
— Вот как? Сколько сейчас времени?
— Начало одиннадцатого.
— Не вижу причин, чтобы бы нам не побеспокоить магистра. Говорят, старики очень мало спят.
Я вытащил из кармана телефон и набрал Кардинала. Не знаю, разбудил мой звонок его или нет, но трубку он и в самом деле взял довольно быстро. Если он и спал, то сон у него был довольно чутким.
— Слушаю, — не могу сказать, что его голос был настороженным, но вот и беззаботным он точно не был.
— Доброй ночи, магистр, — поприветствовал я его. — Вы уж не обижайтесь, что трезвоню вам по ночам, но такой я странный парень — если что приспичит, совершенно не разбираю времени.
— Ничего страшного, ваше сиятельство, — ответил он как ни в чем не бывало. — Не думаю, что человек вашего ума стал бы досаждать старику пустыми звонками среди ночи.
