Холостяк для блондиночки

Судя по их лицам, чуть ли сексом не занялись на сцене. Покраснела еще больше и рассердилась.

- А вы что же? Самые стойкие что ли? Огнеупорные?

Они дружно захохотали.

- Да мы как бы тебя караулим, пока некоторые курильщики остывают. А то тут столько горячих итальянцев, готовых на все ради такой горячей красотки.

Фил отсалютовал ей бокалом.

- Я не хочу потом искать подругу по всему острову, а то и по всей Италии. Дождемся твоего… тело…хм…хранителя. Вот и он.

Кирилл появился у столика неожиданно. Увидев, что никого нет, удивленно вскинул брови. Филип взглядом показал, что остальные их покинули.

- Пойдемте, погуляем что ли? – предложил он. Всем. Странно.

Удивительно, никто не отказался. Одинцов пригласил официанта и рассчитался.

Они вышли вчетвером на пляж. Ксюша сняла балетки и прошлась по песку к воде. Маша тоже.

- Идемте к нам, - позвали их девочки. Те переглянулись и скинули обувь, носки, закатали штаны до колен.

Прогуливались молча. Всем четверым комфортно вместе. Почти на рассвете все же разошлись. Маша с Филом развернулись назад, а Кир с Ксюшей все еще шли вдоль берега, медленно, держась за руки.

- Я просто не мог сегодня вернуться в номер вдвоем.

- Нет, я нечто подобное предполагала. Кирюш, спасибо. А знаешь что? Хочу искупаться и спать.

Кир замер. Она издевается? Хотя вряд ли что-нибудь может получиться – он уже вымотался за сегодня. Невероятно длинный день."

"Погорячился. И Оксана, видимо, не правильно оценила его внешнее спокойствие, раз решила, что можно такое вытворять. Раздеться до белья и с разбегу нырнуть в море.

- Кирюш! Иди ко мне.

- Нет, малыш, я не буду, ты купайся и пойдем.

- Ну Кирююш.

- Любимая, давай не дуйся. Жду здесь.

Одной плавать совсем не интересно. А еще ей не хватало его объятий. Надеялась в тайне, что в воде обнимет. А он стоит столбом. Пошла к берегу. Еще достаточно темно, чтобы раздеться прямо здесь. Расстегнула бюстик, все же скромно отвернувшись от него. Кирилл подал блузку. Какой-то он подозрительно тихий, устал, наверное. Юбку. Надела и стянула мокрые трусики. И что с ними делать?

- Оксана! – она не знала, что ее имя можно прорычать, там вроде ни одного рычащего звука.

А? Что? Почему у него такое лицо?

- Мм?

- Ты смерти моей хочешь, да? От перевозбуждения.

Поняла не сразу, о чем речь. А поняв, жутко покраснела, вот ведь дура наивная. И что теперь? Не обратно же их одевать, мокрые.

Кир схватил тряпочку в ее руках, выжал и сунул в карман. С бюстиком сложнее. Подумав, все же выкинули его. Жалко.

- Мне холодно.

Кир вытер вспотевший лоб. Еще не вся пытка на сегодня? Она действительно решила проверить, насколько он держит себя в руках? Посмотрел ей в глаза.