4
0
Моя стопа находится на мужском бедре, уже чуть выше колена. Это так неправильно! Но приятно…
Приятно чувствовать, что его пальцы такие сильные и одновременно нежные.
Темирхан осторожно разминает мизичик, поглаживая его.
Тело отзывается на это прикосновение. Кожу обжигает искрами электрического тока.
Почему такая реакция?
Это самое обычное касание. Никакого подтекста. Но жар, струящийся по телу, скручивается в тугой узел внизу живота.
Разгорается желание снова почувствовать, как пальцы Хана двинутся выше, быстрее и напористее.
Лёгкая дымка чувственного наваждения туманит разум…
С губ срывается странный звук. Стон со всхлипом.
Темирхан резко вскидывает на меня глаза. Они такие тёмные-тёмные, почти чёрные. Лицо мужчины приближается ко мне…
Я подаюсь вперёд, на зов его порочного взгляда.
Так сладко и страшно. Мне кажется, что я падаю в пропасть, лечу вниз и просто не могу остановиться. Но что ужаснее всего, я просто не хочу это делать.
Его глаза такие же тёмные и холодные, как зимняя ночь. Но в то же время взгляд Хана заставляет гореть. Он обжигает меня искрами страсти, мелькающими на глубине.
Темирхан ничего не говорит и почти ничего не делает. Но я смотрю на его губы — твёрдые, красиво очерченные, и совершенно теряю себя.
Мне безумно сильно хочется прижаться к его губам и ощутить их вкус.
Кошмар…
Кажется, я окончательно заболела им, этим грубым, взрослым мужланом.
Женатым, напоминаю себе, женатым и с ребёнком.
Ау, Диана, очнись!
Тебе не нужна эта соблазнительная гора мышц с багажом и проблемами. Не нужна…
Но теперь я точно знаю, что нам хорошо в постели, и меня накрывает любовью к Хану, острой потребностью быть ближе, ещё больше и неизлечимее, чем раньше.
— Сегодня я иду в клуб на день рождения друга! — выдумываю на ходу.
Очарование момента теряется сразу же. Темирхан отстраняется и резко встаёт, бросив носок мне на колени.
— Какой ещё друг?! — спрашивает ледяным тоном."
"Его голос не предвещает ничего хорошего. Глаза становятся такими злыми, как у самого голодного и грешного чёрта!
Глава 17
Диана
— Какой ещё друг?! — спрашивает Темирхан ледяным тоном.
Его голос не предвещает ничего хорошего. Глаза становятся такими злыми, как у самого голодного и грешного чёрта!
— Друг. Па… Павлик! — выдаю пискляво.
— Я хочу увидеть этого Па-Павлика! — передразнивает.
Напряжение никуда не делось.
Но на лице Темирхана отразилось недовольство. Оно меня отрезвляет.
Боже, зачем я так много и нагло вру?
Придумываю небылицы, а всё потому что меня обидела вчерашняя ситуация.
Вернее, ничего плохого я не сказала. Темирхан мне тоже ничего не сказал такого.
Но почему я обиделась? И на кого?!
— Что это за вообще Па-Павлик?! Откуда он взялся?! — зло рыкает Темирхан.
— Из числа старых знакомых.
