Хочу тебя напрокат

Вот и считай… — хвалится. — Давай веди меня к ней!

Я в растерянности. Так быстро, как Алдан, дела с женитьбой ещё никто не обстряпывал.

Но в то же время… Почему бы и нет? У Алдана нрав крутой, рука крепкая… Заберёт Алию к себе в горы, усмирит её, объездит. Вон как дверь взглядом насквозь прожигает, и…

— Что это у тебя?! Платок?! — удивляюсь. — Откуда?"

"— При себе ношу. Не знаешь, в какой момент судьбу встретишь. Надо быть наготове, чтобы сразу права заявить. А то современные девушки даже про платки забывают! Ну ничего, если и эта без платка ходит, я ей живо напомню о традициях и о месте женщины возле мужчины!

Толкаю дверь палаты. Алия поворачивает голову на звук шума и пытается присесть. Переводит взгляд с меня на пришедшего мужчину, потом обратно.

— Алия, познакомься… Это Алдан. Твой будущий супруг, — отхожу в сторону.

— К-к-к-какой супруг?

— Дарованный тебе свыше! — приятель двигает меня плечом, подаёт платок. — Живо волосы спрячь! — говорит сурово. — Моя жена с непокрытой головой ходить не станет.

— Но я… Я… Я вас не знаю!

— Узнаешь! Мы с Темирханом уже обо всём договорились! — сверлит горящим взглядом Алию и просит. — Выйди, Хан. Я должен с ней с глазу на глаз переговорить!

Алдан проворно выталкивает меня и опускает жалюзи на стекле двери, запираясь изнутри.

Через полчаса Алдан выходит из палаты невероятно довольный, как будто звезду с неба поймал.

— У тебя связи с Загсом имеются? — спрашивает. — Расписаться бы поскорее и договориться с врачами о выписке. Послезавтра я её забираю под свою ответственность. Свадьбу у нас в ауле позднее сыграем, как только я её на ноги поставлю. Всех приглашу.

— Неужели согласна?!

— Я её согласия и не спрашивал, перед фактом поставил.

Вижу, на его левой ладони следы от зубов.

— Алия тебя укусила?!

— Попыталась, когда я ей под рубашку полез. Но разве это укус? Мой пегий жеребец куснул недавно, синяк на всю руку — вот это был укус. Попытка сопротивления засчиталась. Но толку-то! Она же с переломом, далеко не убежит. Поломалась для приличия. Зато потом… — пошловато улыбается. — Чувствуется, её за холку давно, как следует, никто не трепал. Горячая!

— Последний раз предупреждаю. Она коварная, за ней нужно смотреть в оба глаза. Ты уверен, что справишься?

— Характер я ей выправлю, — скалится. — Однако сразу говорю, что с женой буду обращаться, как сам посчитаю нужным. Так что на твою защиту ей рассчитывать не придётся.

— Я и не собираюсь её защищать. Одна только просьба. Племянников я своих люблю. Не обижай их и не лишай меня общения с ними.

— Я детей не обижу. Ни словом, ни делом. Клянусь!

Противостоять Джабирову нет смысла и не хочется совсем.