Хочешь мою жизнь?

Нет, смешной мальчик – сам голову под топор подставляет, сам признался, сам раскаивается в том, что забыл проверить еду. А ведь мог бы отойти в сторонку и ждать, когда я задохнусь. Точнее, выйти за дверь, и очень долго идти за помощью. Возможно, здесь никто и не знает про эту аллергию, так что он будет чист перед лицом остальных. Нет, не убийца этот мужчина, совсем не убийца, наоборот, он слишком правильный.

- Думаешь, твою хозяйку стоило бы отравить? – усмехаюсь я, поднимая его лицо за подбородок.

Кейлин смотрит на меня каким-то потусторонним взглядом, кажется, он уже попрощался с жизнью. Наверное, даже не заметил, что я так странно говорю о себе в третьем лице.

Я тоже смотрю на него, и в голове появляются совершенно нелогичные мысли: я не хочу, чтобы он был в чем-то виноват. Такой образец мужской красоты я бы не смогла отдать на казнь. Совершенно нелогично, правда? Разве убийца не может быть красивым? И разве это отменяет наказание за преступление?

Но, все равно, я надеюсь, что никакого преступления нет и не было.…

Глава 26

Лия

- Что там у тебя? Неси.

И теперь я кручу в руках какой-то пузырек без опознавательных знаков.

- Ну, и что это?  И откуда?

- Очень сильное лекарство, госпожа. Я у лекаря украл.

- А лекаря не наказали, что ли? Разве не должен быть учет и контроль за лекарствами?

- Это не тот лекарь, который сейчас, госпожа! – испуганно почти перебил он меня. – Не тот! Этот не знает ничего! Госпожа, вы только его не наказывайте! Это давно было, когда того спеца, совсем старого, заменили. Он тогда не убрал лекарства, все оставил, а я увидел… и взял.

- И? – мне уже интересно, чем же увлекательный детектив закончится.

- Спрятал у себя в вещах. И забыл, - тихо отвечает Кейлин.  – А сейчас вспомнил.

- Может, на коррекцию, а? – все же интересуюсь я. А он смотрит на меня, и почти смеется. Но это не слишком веселый смех. Почти как смертник на расстреле, в которого промазали случайно или нарочно, и ему уже все равно. Все равно умирать, так хоть пошутить. Надо же, а я не думала, что шутить они еще умеют. В смысле, мужчины после такого воспитания. Может, и меня на коррекцию? Мне стукнут по голове, или что они там делают с «неправильными», и память Лийлайны вернется? Я буду все знать и помнить, ни в чем не ошибусь, тоже стану идеальной? Идеальной Старшей госпожой? Нет, тогда уж лоботомию сразу, чтобы ничего своего не вспоминать.

- Я забыл, - тихо повторяет он. – Увидел флакон, и забрал. Это было тогда, когда его продали, Никки продали. Я сам хотел выпить. Но испугался. А потом… потом думал, что могу отравить. И сам выпить тоже. Вы же все знали, да, госпожа? – вдруг с надеждой спрашивает он. Такое странное поведение, но я, кажется, понимаю логику. Госпожа должна быть богом. Точнее, богиней. Она должна быть всевидящей и всезнающей.