3
0Либо мне так все понравится, что и думать не захочу о возвращении, либо все покажется чужим. Вот тебе самый честный ответ.
- То есть я могу тебя вообще не увидеть?
«Если вернусь, то только ради тебя, чтобы оттрахать как следует, попробовать насытиться, сравнить, забыть… Но тебе я этого точно говорить не стану, и так у тебя слишком много козырей.»
Отвечать я не стала. Может и сам догадаться.
- Я полечу с тобой, - решительно говорит он.
Вот что в нем такого, почему я так привыкла? Неужели потому, что он оказался наиболее подходящим мне на этой планете? А на Венге я бы и внимания не обратила? Или смеялась бы вместе со всеми, глядя, как он корчится от боли и умоляет прекратить, или гордо молчит из последних сил? Сейчас эта картина кажется мне слишком реалистичной и жуткой."
"- Я хочу, чтобы ты был рядом, но… послушай меня еще раз. Попытайся представить и запомнить. Обычно мне плевать на чувства мужчин. Так что во-первых. Я жила там некоторое время, знаю нравы местных женщин. И я тебе говорю, и не шучу: как бы ты ни был чем-то обижен, как бы ни злился, или боялся – ни в коем случае не уходи от меня! Тебя никто и никогда больше не найдет, а сам… ты сам пожалеешь о том дне, когда родился. И будешь умолять о смерти. Но вряд ли получишь ее быструю и легкую. Просто потому, что тем, кто занимается похищениями, глубоко наплевать на твои чувства и жизнь. И похищение инопланетников, молодых, экзотичных и симпатичных, как раз в их стиле. Да, их накажут, если поймают, но штрафом тебя не воскресят.
- Да, я знаю, как бывает с похищениями, - с независимым смешком сообщил он, отворачиваясь в сторону.
- Малыш… я забыла, - выдохнула я. Так увлеклась расписыванием ужасов похищения, что забыла – он через подобное уже проходил.
- Я понял. И понял, что «погулять по улицам» там не вариант. Спасибо, что говоришь честно.
- По-хорошему, тебе вообще туда нельзя. Останешься тут, а я найду там мужчин, куплю их, или сниму в борделе. Оторвусь в порке, играх и наказаниях. И буду искать там темноволосых, только это будет уже не то. Хотя тебе не стоит забывать, что мне нравится иногда причинять сильную боль, и страпоны использовать. Так что мужчины, кроме тебя, все равно будут.
- А я останусь здесь, - невесело усмехнулся он, - и буду делать глупости. Точнее, буду держаться до последнего, а потом или найду кого-то вроде Ольги, или еще чего похуже. И… не хочу я ничего подобного. Я попробую сделать то, что тебе нравится, я обещаю.
«Похоже, это мне придется себя сдерживать. Потому что можно наказывать его за ревность, но… не смогу. Он сам себя сильнее всех накажет»
- Сам не знаешь, куда ты лезешь, - вздыхаю я. – Но одно я тебе точно обещаю – я привезу тебя назад, или отпущу и посажу на корабль, как только ты этого захочешь. Я тебя обещаю. Даже если мне этого будет очень не хотеться.
