Хочешь мою жизнь?

А то, что Кир попытался обнять меня, когда я распрямлялась, и поцеловал куда-то в макушку – так его странным поступкам я уже перестала удивляться.

Потом он достаточно бодро дошел до кровати, на которую я указала, и лег на живот. Ладно, теперь обработаем следы на все еще красной попе. Сидеть какое-то время будет некомфортно, но ничего страшного, переживет. Да еще и целый выходной впереди.

- Приятно, - довольно заметил он, откровенно стараясь продлить прикосновение ладоней к своей коже. Да еще и по голосу чувствую – улыбается. Довольный, значит. Короче, воспитательный момент пропал даром. Это я ему и озвучила.

- Я смотрю, наказание было приятным? – интересуюсь.

- Ага, - подтверждает он. – Придется повторить?

- Нет, что уж с тобой сделаешь. Вначале вылечить придется, потом повторять, если что.

- А, ну, ладно тогда. Потом, наверное, я тоже готов. Вроде, выжил.

- Ладно, лежи, поправляйся. – Я накрываю его простыней, и собираюсь уходить.

- Нет, останься… останьтесь, пожалуйста. Еще немного. Да и не буду же я лежать тут до утра, сейчас немного – и встану.

Делаю вид, что не заметила его оговорки, и снова присаживаюсь на край кровати, слегка поглаживая плечи и перебирая волосы. Почти котик, такие же упругие мускулы под приятной шкуркой, такой же шкодливый и своевольный.

Глава 58

Лайна

Раз я все равно на тебя отвлеклась, расскажи мне историю какую-нибудь интересную, как ваша сказочная Шахерезада. Та жизнь свою спасала, а ты будешь… попу свою спасать. Чтобы по ней лишний раз не получить, и чтобы я еще раз намазала тебя заживляющей мазью.

- Кир, я хочу, чтобы ты рассказал, что у тебя случилось раньше. Ведь почему-то ты пришел в этот клуб?

У меня достаточно чужих воспоминаний и своих выводов, чтобы понять: в этом мире посещение подобных клубов и вообще любовь к боли и зависимость от нее – это ненормальность. Мужчин здесь воспитывают совсем по-другому. Если судить по моим впечатлениям – их вообще не воспитывают. Это мне случайно такой интересный экземпляр попался.

- А я не хочу. – Под моим взглядом «экземпляр» смутился и поправился. – Нечего рассказывать. Ничего хорошего там не было.

- Рассказывай, - надавила я. Знаю, что ему хочется поделиться. Или, по крайней мере, будет легче, если кому-то расскажет. А мне это важно для понимания, что же с ним происходит.

- Оказался не в том месте, не в то время, - сдался он, начиная рассказ. – В общем, неважно как, но меня похитил урод. Маньяк. Перепутал с кем-то, я так и не понял, с кем. У него реально с головой было… плохо очень, в общем. И, в общем, полиция его нашла, но не сразу. Пристрелили.

- А ты? – я действительно не ожидала такого рассказа. Думала, услышу что-то вроде: «Мне всегда было интересно, как это – когда больно». Или: «мне нравилось, когда мне причиняли боль, но я боялся в этом признаться».