Хочешь мою жизнь?

Посижу напротив, пусть полюбуется мною. Я нашла в запасах моей предшественницы романтичное платье темно-синего цвета в мелкий белый горошек, с летящей плиссированной юбкой, слегка прозрачной, и я очень нравлюсь себе в этом образе.

Похоже, что нравлюсь я не только себе, потому что уже ловила по пути заинтересованные взгляды. Кстати, заинтересованные взгляды провожали и моего спутника, и, естественно, эти взгляды были от женщин. Да, здесь он не экзотика, но все равно вызывает интерес. А на Венге… Я могла бы вывезти его туда, продать, и получить начальный капитал! Внешность инопланетная, характер забавный – и послушный, и противоречивый в меру, и воспитан лучше основной массы своих соотечественников.

Кир посмотрел на меня со счастливой улыбкой, прокомментировал что-то в меню – и я почти устыдилась своих мыслей и шутливых планов. Нет, кто же продаст его – где я себе еще одного такого же возьму!

Расторопные официанты приносили и приносили нам тарелки с рыбой и прочими морепродуктами, приготовленными различными способами, и соусы и добавки к ним. Оказывается, это кафе, или все же ресторан, как раз славился этими наборами блюд, которые назывались не очень понятным мне словом «мезе».

Развлечение мне понравилось. Молодец, позаботился – и вкусно, и обслуживание хорошее, и место неплохое. И спутник у меня не менее «вкусный», чем блюда в ресторане. В конце обеда я подсела к нему, взяла бокал, и непринужденно положила руку ему на бедро. Он дернулся и посмотрел на меня ошеломленными глазами. Я спокойно провела ладонью по бедру, потом по ягодицам, плотно обтянутым тканью брюк, и… больше ничем. То есть я-то помню, что мои веревочки он надел вместо своего белья, так что без брюк выглядел бы весьма пикантно. Но, на его счастье, об этом никто никогда не догадается. Здесь – ладно, пусть не догадываются. А вот на Венге я бы обязательно постаралась им похвастаться. А здесь я просто подразню его, поиграю, наслаждаясь возмущенно-ошалевшими взглядами. И его смущением. Боится, что кто-то из гостей или персонала заметит наши развлечения. Ладно, мои развлечения. Но если он надеется на проснувшуюся у меня жалость – зря. Сам виноват, дразнил мои инстинкты.

***

Вернулись домой. Я раздумываю, стоит ли как-то корректировать свои планы после приятно проведенного дня. В ресторанчике Кир меня завел, а их общественные места совершенно не приспособлены для игр с мужчинами. Поэтому весь мой настрой пока остался со мной…

И вдруг это чудо выдает такую странность, словно где-то вейдже нашел и хлебнул его от души:

- Ну, я хотя бы заслужу порку, - говорит он и кладет руки на мои ягодицы. Мои! Да ты смертник.