4
0
Чу Ваньнин отбил удар свирепого демона, бросившегося на Мо Жаня, одновременно устанавливая защитный барьер вокруг его тела.
– Учитель… – шепот за спиной Чу Ваньнина был едва различим. – Ты уходишь... – Мо Жань закашлялся кровью, но на лице его застыла улыбка. – Ты снова уходишь?
За золотой дымкой барьера человек, которого он звал, так и не обернулся к нему. Мо Жань открыл рот, но его горло исторгло тошнотворно-сладкий сгусток крови.
– Чу Ваньнин, ты не человек, а бесчувственная деревяшка? Ты не знаешь, что такое скорбь и грешные человеческие желания, не так ли? Чу Ваньнин.
Все расплывалось у него перед глазами. После жестокой битвы все его тело было покрыто ранами. Кровь из рассеченного лба затекла в глаза. На грани помешательства Мо Жань вглядывался в небо, хохоча как безумный, и слезы, смешавшись с кровью, катились по лицу.
– Чу Ваньнин, повернись! Не взглянув на меня хотя бы раз… ты все еще хочешь уйти?..
Ты можешь посмотреть на меня хотя бы раз, а?!
Я ведь умираю.
Когда умирал Ши Мэй, ты, в конце концов, хотя бы посмотрел на него.
Ты.
Неужели, в самом деле...
Я тебе совсем не нравлюсь? Настолько, что даже не хочешь видеть меня?
Иначе почему бы тебе не посмотреть на меня в последний раз? Почему бы не оглянуться назад?
– Учитель!
Кровь и слезы наполнили его глаза.
Последнее, что он видел – силуэт человека в белом, который в одиночестве уходил прочь от сияющего золотого барьера.
Он ушел, чтобы продолжить свою битву со злом.
С самого начала в его сердце любой человек в этом мире... был важнее и дороже, чем Мо Вэйюй.
Автору есть, что сказать:сегодня собаки и белые коты увязли в битве ~ пришло время смены ролей, чтобы порадовать вас, ха-ха ~
Глава 97.
– Мо Жань! Мо Жань!
Кажется, кто-то зовет его.
Он с трудом разлепил веки, и перед его угасающим взором появился белый силуэт. Ему показалось, что склонившийся над ним человек похож на Чу Ваньнина, но он не поверил своим глазам. Потом чьи-то руки легли на его грудь, и непрерывный поток духовной энергии побежал по венам.
Как тепло…
Кто это?
Он старательно моргал, пытаясь разглядеть расплывчатую фигуру.
– Мо Жань...
– У-учитель? – бормотал он, сглатывая скопившуюся в горле кровь.
Теплая капля упала на щеку Мо Жаня. Постепенно взгляд прояснился, и он увидел перед собой измазанное кровью бледное лицо и глаза феникса, похожие на лепестки цветущих абрикосов, что растут на побережьях Янцзы. Сердце Мо Жаня затрепетало, когда до него дошло, что никогда раньше он не видел на лице Чу Ваньнина такого выражения.
Его учитель всегда был холоден и равнодушен, но человек перед ним плакал.
