4
0Считалось, что этот сорт новогоднего вина способен на год устранять всякую нечисть и предотвращать чуму].
Тогда слегка пьяный Мо Жань поднял взгляд. В теплом свете свечей глаза Ши Мея сверкали, как вода в роднике. И чем больше он смотрел в них, тем быстрее расцветало в его сердце светлое чувство первой любви.
Пик Сышэн тогда был до краев наполнен улыбками, смехом и весельем.
В ту ночь Мо Жань подумал: в общем-то ему больше ничего и не нужно, чтобы быть счастливым. Даже если у него не выйдет добиться взаимности от человека, который ему нравится, будет достаточно и того, что он сможет всю жизнь просто наблюдать за ним и быть рядом.
Дым фейерверков рассеялся, и ученики разошлись по своим комнатам. Он и Ши Мэй вместе покинули Зал Мэнпо и направились к общежитию. Поземка пробежала по заснеженной земле. Мо заметил, что Ши Мэй замерз, и снял свою мантию, чтобы накинуть ее на плечи друга. Глотнув еще немного вина, Мо Жань незаметно залюбовался юношей рядом с собой. Он был таким нежным и чистым, как первый снег, осквернить который было бы преступлением.
– А-Жань.
– Да?
– Ты слишком много выпил сегодня.
– Ха-ха, правда? – Мо Жань было засмеялся, но вдруг ему стало не до смеха.
Прохладные ладони Ши Мэя бережно обхватили его разгоряченное лицо. Щеки Мо залил горячий румянец, он вздрогнул и широко открыл глаза.
Ши Мэй улыбнулся ему.
– Скажешь нет? Посмотри на себя. Выпил три чаши вина и весь покраснел.
– Мне просто жарко, – Мо Жань неуклюже почесал в затылке, и его щеки запылали еще ярче.
В то время Мо Жань был счастлив тем, что имел. Ему нравился этот человек, но он не предпринимал никаких действий, чтобы завоевать его любовь, не смея даже мечтать о взаимности.
Ши Мэй только прикоснулся к его лицу, а Мо Жань был так счастлив, словно его поцеловали Небеса. Онемев от восторга, он замер, ошеломленный и растерянный.
Черные как смоль теплые глаза наполнились восторгом и благодарностью.
Они расстались у дверей общежития. Ши Мэй снял мантию, повернулся к нему и улыбнулся.
– А-Жань.
Мо уже собирался уходить, но, услышав оклик, как юла крутанулся назад и с жадностью уставился на Ши Мэя, боясь что-то упустить.
– Да, я здесь!
– Спасибо за мантию.
– Не за что. Мне все равно жарко.
– И еще… – Взгляд Ши Мэя стал еще нежнее, таким теплым, что почти растопил весь холод этой долгой зимы.
Громыхнул разорвавшийся вдалеке фейерверк.
Мо Жань не расслышал, что Ши Мэй произнес тогда, а может, он ничего и не сказал.
Когда вокруг воцарилась тишина, Ши Мэй толкнул дверь в свою спальню.
Мо Жань поспешил окликнуть его:
– Подожди! Что ты только что сказал?
Но тот только бросил на него странный чуть насмешливый взгляд и подмигнул:
– Некоторые слова не повторяют дважды.
– Ши Мэй...
