4
0Он вошел в комнату, где стояли таблички для поминовения предков, и увидел, что чаши для подношений наполнены смесью грязи и окровавленных ошметков. Приглядевшись, он разглядел в жиже кусок пальца и глазное яблоко...
Он почувствовал себя дурно и собирался уйти, когда вдруг услышал звонкий смех над своей головой. Он посмотрел вверх. Белый бумажный фонарь колыхался без ветра, одна за другой загорелись свечи.
Одетая в ярко-красное свадебное платье Ло Сяньсянь сидела верхом на балке, раскачивая обнаженными босыми ногами, и смотрела на Чу Ваньнина, склонив голову набок.
– Ой, ты нашел меня!
Она выглядела почти так же, как и в прошлую встречу, но выражение ее лица сильно отличалось от того застенчивого призрака.
Ло Сяньсянь стала демоном.
К сожалению, Тяньвэнь могла заставить призрака говорить лишь один раз, и он уже использовал его в прошлое посещение Цайде. Теперь, чтобы получить ответы на свои вопросы, Чу Ваньнину нужно было подавить ее демоническую природу, вернуть ей разум и достучаться до сердца.
– Ло Сяньсянь, что ты здесь делаешь? – спросил Чу Ваньнин, спрятанными в длинном рукаве пальцами незаметно формируя духовную матрицу для удержания злого духа.
– Тьфу! – даже нежный голос Ло Сяньсянь звучал грубо и незнакомо. – Мне весело, даже не пытайся взять меня под контроль.
Чу Ваньнин покачал головой и нахмурился еще сильнее. Между бровей Ло Сяньсянь темнел шрам, похожий на клеймо.
– В этих чашах то, что осталось от младшего брата Чэнь Бохуаня?
– О, ты даже это понял? – без тени эмоций ответила Ло Сяньсянь. – Он в той, что слева.
– ..! – Чу Ваньнин не нашелся с ответом.
– И кому теперь есть дело жива она или мертва? В прошлом только потому, что эта женщина родилась дочерью губернатора, моя свекровь помогла ей украсть моего мужа! Теперь же она – лишь куски мяса, брошенные в грязь!
От прошлой Ло Сяньсянь не осталось и следа. Она даже не поняла, что человек перед ней – тот самый «старший брат», который однажды помог ей оправдать себя перед лицом людей и Небесами.
Сердце Чу Ваньнина похолодело, когда он услышал, что демоница расчленила госпожу Чэнь Яо.
– А юная госпожа семьи семьи Чэнь...
– Она хорошо ко мне относилась. Я не держу зла на нее, – сказала Ло Сяньсянь со сладкой улыбкой. Ее нежные губы блестели, как свежепролитая кровь. Девушка погладила рукой живот: – Поэтому она вот тут. Я съела ее. Так юная госпожа всегда будет со мной, и никто больше не сможет обидеть ее.
– Ты на самом деле сошла с ума!..
Еще не было произнесено последнее слово, а в его руке вспыхнуло пламя.
