Хаски и его учитель белый кот. Том 1

Юноша был необычайно красив, его упругая нежная кожа словно светилась собственным внутренним светом.

– Господин Чан, когда это я обокрал вашего друга? – Мо Жань мило улыбнулся. – Тогда уж расскажите нам об этом Жун Сане... хотя нет, вроде его звали Жун Цзю? Не помню. В общем, то чудесное создание, кем он там вам приходится? Друг или любовник? Говорите правду, а то в будущем, боюсь, вы будете очень сожалеть!

Оказывается, громко возмущался и требовал справедливости тот самый богатый торговец из Ичжоу по имени Чан Ши, однажды уже приходивший с жалобой на пик Сышэн.

Господин Чан обернулся.

Когда он увидел Мо Жаня, в его глазах вспыхнул злой огонек, и он взвыл еще громче:

– Мо Вэйюй, скотина, мы с Цзю были задушевными друзьями, неразлучными как пест и ступка*, в наших отношениях никогда не было грязи, и совесть моя чиста. Ты околдовал его своей черной магией и скормил демонам, и после этого еще смеешь клеветать на него?

– Что? – Мо Жань вздрогнул и неверяще воззрился на него. – Жун Цзю мертв?

Господин Чан вошел в раж, глаза его наполнились слезами:

– Его родители жили в городе Цайде. Несколько дней назад он уехал, чтобы навестить семью.

Если бы не он, откуда бы я узнал о новых злодеяниях, что сотворили ты и твой учитель! Чтобы почтить его память, я отправился просить главу ордена Ли о справедливости!

Мо Жань был не слишком хорошего мнения о Жун Цзю, поэтому, когда удивление прошло, он нетерпеливо отмахнулся:

– В этих задушевных отношениях кто из вас был пестиком, а кто ступкой*? И как это подтверждает, что ваша совесть чиста?

[*идиома 杵臼之交“неразлучны как пест и ступка” - дружба двух людей, невзирая на сословные различия и разницу в материальном благосостоянии.

 От переводчика: Мо Жань обыграл ее изначальное значение, извратив смысл (отсылка к названию главы)].

– Мо Жань… Мо Жань! – господин Чан не ожидал, что ему самому придется оправдываться, и в гневе закричал:

– Ты – невежественный бандит! Ты! Ты...

Госпожа Ван смущенно кашлянула.

А вот Сюэ Чжэнъюн только моргнул и ничего не сказал. В словах его племянника был смысл, и они звучали довольно пристойно. Что тут такого?

В темноте раздался вздох, похожий на звук с которым раскалывается белый нефрит с горы Куньшань, или трескается лед на озере.

Он звучал так красиво и будоражил воображение. А потом изящная рука с длинными пальцами без всякой жалости ударила Мо Жаня по лицу.

– Непристойно подобным образом опошлять прекрасное выражение о бескорыстной дружбе! – с мрачным выражением лица Чу Ваньнин появился в дверях. – И стоит ли, теряя достоинство, толкаться* в дверях, вместо того, чтобы войти?

[*опять помянут пест 杵, только тут это слово можно перевести как толкаться/оконфузиться. Иными словами, Чу играет словами и толкует идиомы лучше, чем Мо].