Кровать была широкой и просторной, и эти двое даже не соприкасались.
Когда-то они не размыкали объятий даже во сне, но теперь, отстранившись, спали порознь, как чужие люди.
В прошлой жизни они переплетались так сильно, что кожа плотно прижималась к коже. В самые безумные дни, даже наслаждаясь этим телом целые ночи, Мо Жань не хотел уходить, продолжая сжимать его в крепких объятиях.
Но сейчас два человека, которые были так близки, просто погрузились в сон на разных краях широкой постели.
Автору есть что сказать:
Счастливого рождества, друзья! Завтра мы вместе сядем в машину времени и рванем в прошлое…*
[* в следующей главе мы снова встретимся с Тасянь-Цзюнем, аки Мо Жанем 0.
Глава 89. Чем занимался этот достопочтенный в его лучшие годы
В этой главе присутствует насилие, унижение, принуждение к сексу, сомнительное согласие. Если не нравится такое, не читайте.
Часть контента 18+ в этой главе была удалена с официального сайта. Перевод выполнен по кэшу.
Когда Мо Жань снова проснулся, солнце сияло высоко на совершенно ясном небе.
Он повернулся и моргнул, увидев, что Чу Ваньнин по-прежнему спит.
Мо Жань вздохнул.
Раз уж учитель не собирался вставать, его ученику тоже не нужно было ничего делать. Лучше он просто будет валяться в этой удобной кровати.
Но просто лежать ему быстро наскучило, поэтому Мо Жань начал играть с волосами Чу Ваньнина.
Волосы учителя, как обычно, слегка пахли цветами и казались мягкими как дым и гладкими как вода, Эти волосы всегда были одной из тех вещей, к которым больше всего любил прикасаться Мо Жань.
Когда его пальцы проникали в этот густой туманный поток, ему казалось, что он трогает шелковые нити, и от этого отдущения, в области сердца возникало желание, похожее на щекочущий зуд.
Темный занавес над кроватью слегка покачивался от ветерка, просочившегося в открытое окно. Мо довольно сощурился.
Он взял пальцами прядь волос Чу Ваньнина и принюхался.
Эти мягкие волосы разбудили в нем воспоминания из другой жизни...
Хотя после перерождения Мо Жань изо всех сил старался не думать о тех волнующих и будоражащих плоть вещах, что связывали его и Чу Ваньнина в прошлом, но почему-то этим утром ему вдруг захотелось посмаковать эти воспоминания.
От одной мысли горло пересохло, словно от жажды.









