4
0Глубокая трещина прошла от горных ворот до подножия горы, и несколько тысяч ступеней гигантской лестницы в один момент осыпались в образовавшуюся бездонную пропасть!
Ебать, как впечатляет!"
"Как же много лет прошло с тех пор, как он имел возможность своими глазами увидеть истинную мощь своего наставника?
Мо Жань оказался не готов вновь столкнуться с этой подавляющей неукротимой духовной силой. По въевшейся в кости привычке у него тут же подогнулись колени и, не устояв на ногах, он с глухим стуком рухнул на колени.
Не собираясь затягивать, Чу Ваньнин быстро уничтожил всю нечисть, одновременно аккуратно закрыв брешь в барьере силой своего духа.
Сначала он мельком посмотрел на стоящего на коленях Мо Жаня, затем взгляд раскосых глаз феникса[3] небрежно соскользнул на Сюэ Мэна.
[3] 丹凤眼 dānfèngyǎn даньфэнъянь — глаза красного феникса; обр. раскосые глаза.
— Опять набедокурил?
Мо Жань испустил полный смирения вздох. Учитель всегда обладал этой способностью сразу же вникнуть в суть проблемы.
Сюэ Мэн ответил:
— Учитель, покинув орден, Мо Жань совершил сразу два серьезных проступка: развратничал и воровал.
Какое-то время Чу Ваньнин просто молчал, а затем с каменным лицом холодно произнес:
— Ясно.
Мо Жань: — …
Художник: 3蓝诺3
Сюэ Мэн: — …
Оба парня были несколько обескуражены. Это все? И больше ничего?
Но только в душе Мо Жаня зародилась надежда, что на этот раз он легко отделается, как украдкой взглянув на Чу Ваньнина, он в последний момент успел заметить сгустившийся в его руке золотой свет.
Кровь брызнула во все стороны!
Скорость удара была просто невероятной. Мо Жань не то что уклониться, даже моргнуть не успел, как кожа на его щеке оказалась рассечена до мяса, а лицо обожгла резкая боль.
Заложив руку за спину, убийственно холодный и строгий Чу Ваньнин стоял перед ним на пронизывающем ночном ветру. Запах свежей крови смешался с еще не рассеявшимся зловонием тьмы, отчего атмосфера на заднем склоне стала еще более мрачной и зловещей.
В руке Чу Ваньнина между тем полностью материализовалось то самое оружие, что так больно ранило Мо Жаня. Это была похожая на плеть, сплошь покрытая молодыми изумрудно-зелеными листочками тонкая и длинная ивовая лоза, которая свешивалась до самого края сапог Чу Ваньнина.
Несомненно, при виде такой изящной вещицы первой ассоциацией было что-то поэтичное, вроде «нежные ветви ивы, словно руки возлюбленной[4]»…
[4] первая строчка стихотворения Чжан Цзюлина — поэта династии Тан.
