Хаски и его учитель белый кот. Том 1

– Куриный суп на ночь?

– Ну… – откликнулся Мо Жань, покосившись на Чу Ваньнина. Этот ребенок был гениален в том, что касалось боевых искусств, но с цветочной веревочкой ему справиться так и не удалось. Однако, не желая сдаваться, каждую свободную минуту этот маленький упрямый ослик доставал ленточку и упорно пытался сложить правильный узор. Но даже эту упертость Мо Жань находил довольно забавной. Со смехом он сказал:

– Зато ты можешь со спокойной совестью сидеть и играть с ленточкой. Спорим, сколько бы я не тушил эту курицу, за это время ты все равно не сможешь сложить ни одной фигуры.

Чу Ваньнин на это заявление лишь презрительно фыркнул и, изучив ингредиенты на столе, уточнил:

– Может еще имбирь добавишь?

– Сейчас посмотрю… Вчера нам, помнится, давали немного имбиря.

Чу Ваньнин удовлетворенно кивнул:

– Положи побольше. Он хорошо маскирует запах сырого мяса.

Мо Жань потеребил подбородок:

– Хм.. а может мне еще и ягоды годжи положить?

Лицо Чу Ваньнина вмиг просветлело:

– У тебя и они есть?

– Пф! Разумеется, нет. Но, думается мне, у вас с Учителем совершенно одинаковые вкусовые предпочтения.

Ему тоже нравится, чтобы в супе был имбирь и ягоды годжи.

– Э… ты, правда, помнишь, что он любит есть?

– Ха-ха, конечно, я же такой смышленый парень! – Мо Жань не хотел бы развивать эту тему. Не мог же он, в самом деле, рассказать младшему брату о том, что кроме этой жизни, у него и Чу Ваньнина была и другая? Поразмыслив, Мо добавил: – Вряд ли в этом мире найдется ученик более почтительный, чем я. Жаль только, что Учитель никогда желал видеть мое чистое сердце, полное искренней любви и восхищения.

Мо Жань занялся курицей и не мог увидеть странное выражение лица Чу Ваньнина.

Он быстро ощипал птицу и опустил ее в горячую воду, чтобы удалить грязь и кровь. Внезапно до его ушей дошел тихий шепот младшего брата:

– Он же мог не понимать этого…

– Что?

Когда Мо Жань поднял голову и посмотрел на него, уши Чу Ваньнина тут же покраснели. Он отвернулся и несколько раз кашлянул, скрывая волнение, и потому сказал:

– Я сказал, что старейшина Юйхэн мог не знать, что ты хорошо относишься к нему.

– О, ну теперь это уже не так и важно. Так или иначе, я привык. Хотя раньше я мечтал, что Учитель станет моей семьей, и иногда мы будем говорить по душам, и, возможно, ему даже будет интересно, что я люблю есть и что нравится именно мне.

Но это все в прошлом. Когда я впервые увидел его, то был одурачен его красивой телесной оболочкой. Думал, что он ласковый и кроткий человек, нежный внутри и снаружи, но теперь, поразмыслив на эту тему... эй, такой недостижимый талант, ежедневно занятый множеством важных дел, не может иметь еще и хороший характер. Как смел я вообще пытаться привлечь его внимание… Ха-ха-ха.