Если попытаешься украсть его у меня, то я…
Прежде, чем он успел что-то понять, Мо Жань прервал его с улыбкой:
— Я не люблю слишком большие дома и не собираюсь сражаться с тобой за него. Однако, ответь, если бы здесь все еще никто не жил,— он кивнул в сторону неказистой хижины, которая была занята неизвестным, — согласился бы ты обменять свой большой дом на эту хибару?
Сюэ Мэн сначала посмотрел на маленький простенький домик, а затем уставился на Мо Жаня.
— Ты меня дураком считаешь? Конечно, нет!
Мо Жань рассмеялся:
— Вот поэтому я и сказал, что человек, поселившийся здесь, не придает значения бытовым мелочам.
— …
Этот анализ был очень даже неплох, но Сюэ Мэн чувствовал себя так, будто этот коварно ухмыляющийся юнец ударил его ножом в лицо. Сюэ ведь тоже был из благородной и уважаемой семьи. Однако со слов Мо Жаня выходит, раз этот благородный незнакомец предпочитает спать в ветхом домике, лишь бы никого не стеснить, то он сам на его фоне выглядит как вонючий скупердяй?"
"Сюэ Мэн почувствовал, что, поскольку Мо Жань не мог открыто бранить молодого господина благородной семьи, таким образом он скрытно насмехался над ним.
— Просто… я не привык жить в таких условиях… — Сюэ Мэн выровнял дыхание и продолжил с невозмутимым спокойным лицом. — Этот благородный человек может жить в таком полуразрушенном доме, а я не хочу.
Сказав это, он ушел.
Так четыре совершенно разных дома в этом дворе обрели своих хозяев.
Сюэ Мэн выбрал дом с северной стороны.
Чу Ваньнин все еще страдал от лихорадки и чувствовал себя плохо. У него сильно кружилась голова, поэтому он сразу ушел в свой бамбуковый дом, чтобы отдохнуть. Сюэ Мэн некоторое время сидел рядом с его кроватью, но Маленький учитель совсем не умел притворяться любезным и не любил слушать его истории. Ребенок завернулся в одеяло, как рис в цзунцзы[5], и молча лег спать. Скучающий Сюэ Мэн немного посидел у кровати, а потом хлопнул себя по ягодицам и ушел.









