Хаски и его учитель белый кот. Том 1

И неизвестно, как долго сможет терпеть эту боль, непонятно, в какой момент сломается.

Мо Жань, наконец, почувствовал, что что-то не так и испуганно отпустил его, затем слегка дотронулся до слегка покрасневшего лица. Отдернув руку, он теперь неловко переминался с ноги на ногу, не зная, что делать. Чу Ваньнин вдруг почувствовал, как это хорошо, когда ты всего лишь маленький ребенок.

Ведь ты все еще можешь показать свою слабость и закричать: «мне больно!».

И после этого кто-то может даже с беспокойством взглянуть на тебя.

О таком взрослый Чу Ваньнин не смел даже мечтать.

В мгновение ока наступил Новый год[1]. Это было самое оживленное и в то же время самое безмятежное время на Пике Сышэн. Ученики мастерили персиковые талисманы[2]и убирали снег. Хозяйка Пика Сышэн, госпожа Ван, была занята с утра до вечера, готовясь к большому празднеству в конце года. Все старейшины также использовали свои способности, чтобы внести свой вклад в праздничную атмосферу. Например, старейшина Таньлан превратил родниковую воду в бассейне в вино. Старейшина Сюаньцзи выпустил более трех тысяч прирученных им огненных крыс, чтобы они разгоняли холод, согревая комнаты и учебные помещения ордена.

[1] Традиционный китайский Новый год приурочен к зимнему новолунию по завершении полного лунного цикла, что соответствует одному из дней между 21 января и 21 февраля; китайский Новый год часто неофициально называют «лунным новым годом», его точная дата определяется на основе лунных фаз.

[2] 桃符 таофу táofú «персиковый талисман» — традиционно дощечки из персикового дерева с изображением или именами добрых духов, висящие на дверях и отгоняющие нечистую силу; позднее, парные полосы красной бумаги по бокам дверей дома с новогодними пожеланиями.

Никто не ожидал, что старейшина Юйхэн тоже сделает что-то для праздника. На самом деле, он все еще пребывал в закрытой медитации и не появлялся перед людьми в течение долгого времени.

Сюэ Мэн стоял у окна, и, подняв голову, наблюдал за парящими в небе лепестками ранних хайтан, которые внезапно принес порыв ветра. Он пробормотал:

— Завтра мы отправляемся в путь.

— Конечно, он совершенствуется… — Мо Жань укусил яблоко и добавил как бы невзначай. — Все старейшины сегодня вечером будут демонстрировать свои праздничные номера. Жаль, если Учителя не будет с нами. Интересно, а что бы показал он?

Сказав это, Мо Жань улыбнулся ему одному известной шутке и пробормотал:

— Наверное, это была бы сценка: «как взорваться от злости»?

Сюэ Мэн возмущенно уставился на него.