Хаски и его учитель белый кот. Том 1

Ло Сяньсянь дрожала от страха, но упрямо оставалась на месте. У маленькой девочки был мягкий характер, но принципы непоколебимы, как и у ее отца.

— Не буду.

Молодой человек вдруг прищурился, и его рот еще больше скривился:

— Ты знаешь, с кем разговариваешь, маленькая вонючка[4]?!

[4] 臭丫 chòu yāчоуя — вонючая девочка, дурнушка."

"— Если хотите воды — я налью вам. Если хотите поесть — в доме найдется еда. Но мандариновое дерево не принадлежит моей семье, я не могу брать с него плоды. Папа сказал: брать, не спрашивая — значит воровать. Я честный человек.

Богатством нельзя злоупотреблять, бедность нельзя… нельзя… прирезать…

От волнения она оговорилась и сказала «прирезать» вместо «презирать». Эта маленькая девочка притворялась храброй, ее лицо покраснело от страха и смущения, но малышка упрямо цеплялась за учение своего отца, бормоча и заикаясь, тараторя все, что она хотела сказать. Но под пристальным взглядом этого молодого человека она уже дрожала так сильно, что у нее подкашивались ноги.

Мужчина, казалось, лишился дара речи.

Если бы в другое время и от кого-то другого, он услышал слова «брать, не спрашивая — значит красть», «богатством нельзя злоупотреблять, бедность нельзя презирать» или «я честный человек».

.. пфф, он бы расхохотался.

Но сейчас он не мог смеяться.

Вместо этого гнев, как табун лошадей, беспощадно топтал его сердце.

— Больше всего я ненавижу таких, как ты! Так называемых… — он вцепился в стену и, пошатываясь, поднялся на ноги, выдавливая из себя каждое слово, — …полных сострадания людей чести, добродетельных и милосердных героев…

Под испуганным взглядом Ло Сяньсянь, подволакивая раненую ногу, он прошел мимо нее и подошел к мандариновому дереву.

Подняв голову, он жадно вдохнул полной грудью. Багровый блеск ненависти вспыхнул в его глазах, и прежде чем Ло Сяньсянь поняла, что произошло, он быстро ухватился за дерево и начал яростно трясти его и колотить по нему.

Ветки, листья и плоды с треском посыпались вниз, а мандарины покатились в разные стороны. Улыбка молодого человека стала кривой, когда он торжествующе закричал:

— Кто сказал, что бедный не может украсть?! Кто решил, что неправильно наслаждаться богатством и похотью?! Даже добродетельный человек может быть сломан!

— Что вы делаете? Пожалуйста, остановитесь! Папа! Папа!

Ло Сяньсянь не хотела звать папу, ведь ее отец был слаб здоровьем, и даже если бы он вышел, то мало что мог сделать.

И все же она была маленькой девочкой. Вспомнив об этом, она, наконец, очень сильно испугалась и затихла.

— Чего ты орешь? Если твой отец выйдет, я его сломаю, как это дерево!

Девочка была в ужасе. Слезы наполнили ее глаза.