2
0Но то, что тут носили университетские дамы… Это не просто платья, а настоящие произведения искусства, с длинными пышными юбками – хорошо хоть не на кринолине – покрытые вышивкой, бисером, кружевом… тоже ведь не машинным.
– За день? За полчаса-час.
– Но… – До меня, наконец, дошло. – Бытовая магия?
– Да. Дольше всего – выбирать крой и снимать мерки.
Винсент мимолетно нахмурился, и я поняла, что ему приходилось за этим наблюдать, и радости от созерцания, как дама выбирает фасон, муж не испытывал. Я представила, с каким лицом он ходил бы за спутницей по современному торговому центру – и едва не рассмеялась.
Правда, хорошего настроения хватило ненадолго.
– Наверное, выбирать в самом деле придется долго. Я же не знаю, что здесь носят. Разве что с модисткой посоветоваться.
– Советуйся сколько угодно. Я тебе не помощник, но госпожи Корси отличный вкус.
Я кивнула, отгоняя мысль о женщинах, с которыми он ездил к этой портнихе раньше. Сколько я ни твердила себе, что женился-то он на мне, чудище с зелеными глазами все же проснулось, вгрызлось в нутро, довольно урча. Как же мне надоело, что меня постоянно сравнивают с его бывшими!
Бывшей… Которая, хоть и стерва редкостная, умеет себя подать.
Чтобы переключиться, я спросила:
– А часто бывает, когда наутро после первой ночи новобрачные решают, что в храме им делать нечего?
– Не часто. Потому что в глазах людей это будет означать, что либо невеста оказалась недевственной, либо мужчина – неспособным, гм… причем настолько, что женщина не захотела позволить ему исправить впечатление.
Я ойкнула.
– Я же не знала… я не хотела тебя подставить!
Винсент расхохотался.
– Учитывая, что монахом я не был… – Он осекся. Добавил, все еще посмеиваясь: – Словом, во мне бы не усомнились. С тобой – другое дело.
– А почему ты мне не сказал сразу?
– Чтобы ты не решила, будто я пытаюсь тебя запугать.
– Я бы никогда… – А ведь на самом деле велика вероятность, что именно так бы я и подумала, и уперлась назло всему миру. Кому бы было хуже в итоге?
От дальнейших невеселых размышлений о собственном дурном характере меня избавила очень вовремя остановившаяся карета.
"На доме модистки вывеска тоже оказалась без изображения. Но, в отличие от жилища ювелира, почти весь фасад этого здания занимали окна: высокие, широкие, с прозрачными стеклами. На первом этаже они были задрапированы кисеей, на втором – сколько я могла разглядеть с тротуара – не закрыты ничем. Похоже, мастерица орудует не только магией, но и иголкой, иначе не стала бы заботиться, чтобы в помещение попадало достаточно света.
