Каратель

Эх, с каким бы удовольствием Степан ощутил в своих ладонях крепкие груди Вероники, с каким пылом припал бы губами к ее пухленьким губкам, накрашенным вишневой помадой!

Неожиданный звонок в дверь прервал эротические фантазии охранника. Степан мгновенно вернулся на грешную землю и вспомнил, какое важное дело ему в эту ночь предстоит. В «глазок» он увидел парня лет двадцати восьми, полностью подходившего под данное ему описание, и без колебаний открыл тяжелую металлическую дверь. Вошедший вынул руку из кармана. В руке оказалось нечто вроде миниатюрной ракетницы.

– Привет, земляк, – одними губами произнес вошедший. – Расслабься и отдыхай.

Раздался тихий щелчок, отдаленно напоминавший звук захлопнувшегося автомобильного «бардачка», что-то ужалило Степана в плечо, и уже в следующую минуту он ощутил необоримый позыв ко сну. Сладкая истома заполнила его тело, ноги подкосились, и охранник, инстинктивно хватаясь за дверной косяк, сполз на лежавший у двери синтетический коврик. Из приемной в кабинет Каца Володя попал, открыв за тридцать секунд дверь с помощью универсальной отмычки. В кабинете он включил миниатюрный, но мощный фонарик, похожий на карандаш, осмотрелся и без труда обнаружил сейф, скрывавшийся за репродукцией картины Рериха «Чаша Будды». Володя снял картину со стены, достал из кейса электронный ключ, приклеил по обеим сторонам ручки сейфа присоски с проводами, присоединенными к наушникам, надел их и приступил к работе. Ровно через двадцать минут сейф громко щелкнул и капитулировал. Володя негромко присвистнул – за открытой дверцей его глазам предстали пачки баксов – на первый взгляд, не меньше четырехсот тысяч.

А охранник Степан безмятежно спал, и невдомек ему было, что, пока он думал о Веронике, та страстно отдавалась своему шефу – директору телеканала Михаилу Кацу. С самого утра Мишу в тот день преследовали неудачи: по разным нелепым причинам покупка аппаратуры и микроавтобусов не состоялась и сделку пришлось перенести на следующий день, а приготовленные деньги оставить в офисном сейфе. Потом позвонила Виолетта и закатила скандал из-за того, что Миша забыл поздравить тещу с днем рождения. Миша в ответ высказал в очередной раз все то, что думал о люто ненавидимой им теще. Разъяренная жена бросила трубку. В тот момент Миша сидел в своем кабинете. Уставившись на репродукцию с картины Рериха, он произнес вслух:

– Ну, скажи мне, Великий Будда, почему все бабы – такие суки, а?.. Нет, не прав был мой папа, когда говорил, что самая чувствительная эрогенная зона находится у женщин в кошельке. Эти твари слишком быстро забывают, кто их кормит и дрючит.

С этими словами Кац встал из-за стола и, поймав взгляд секретарши, поманил ее к себе пальчиком.