5
0Я росла рядом с ним. Он был для меня всем: учителем, любовником, мужем, другом и… палачом. Моим убийцей. Был. Болезненно обожгло глаза слезами. И желание увидеть его стало невыносимым, причиняющим боль. Настолько сильную, что я начала задыхаться. Словно предчувствуя что-то, сильнее вжала педаль газа и вдруг в отчаянии застонала — впереди пробка, огромная, тянется далеко за мост. Я должна успеть. До того, как он уедет. Обязана. Черт. А если поехать другой дорогой? Но уже поздно, позади меня уже целая цепочка и я как в капкане. Ударила несколько раз по рулю. Я позвоню ему. Просто позвоню и успокоюсь. Да… услышу голос и все, повешу трубку. Сунула руку в сумочку, но сотового там не оказалось. Так торопилась, что оставила на столе. Выдохнула и сильно сжала руль. Впилась в него до боли. Да что же это со мной? Я как с ума сошла. Я же не хотела его видеть… я сделала все, чтобы он ушел. И он ушел… тогда почему мне так плохо сейчас? Словно выдрали сердце с мясом и провернули в ране ножом. Посмотрела на часы — 23:40, а потом в лобовое стекло. Ну же, давайте. Я вышла из машины и посмотрела вдаль — авария. Черт. Это надолго. Вернулась в машину. Меня начало лихорадить, словно я в панике, даже руки дрожат. Вывернула все содержимое сумочки. У меня было такое чувство, что если сегодня не увижу его, то не увижу уже очень долго, а, возможно, и никогда. Я закрыла лицо руками и медленно выдохнула. Я успею. Должна успеть.
***"
"Оставил Серафима в кабинете, он изъявил желание еще раз пересмотреть все бумаги, заранее приготовленные и подписанные мной, и поднялся наверх. Подхватил небольшую спортивную сумку, много вещей мне теперь все равно ни к чему, и остановился возле полок с фотографиями. Как странно, мы запечатлеваем мгновения нашей жизни практически автоматически. Не задумываясь о том, насколько важными впоследствии могут стать эти застывшие кадры когда-то счастливой жизни. Когда-то… Когда-то Марианна целовала меня в губы, обнимая руками за шею и прикрыв глаза… Когда-то мы катались с ней на лошадях, и ее волосы развевались на ветру, пока она, слегка повернув голову в мою сторону, безмятежно улыбалась мне… Когда-то я купался с детьми в бассейне, подбрасывая вверх Камиллу, брызгая водой на Марианну, лежащую в шезлонге… Когда-то это было. Кадры моей счастливой жизни. Больше не принадлежащей мне. И на том месте, где раньше начинало радостно колотиться сердце при воспоминании об этих днях, сейчас зияла огромная черная дыра, равномерно переходящая в пустоту.
Бросил взгляд на часы — 23:40. Вышел из спальни, тихо закрывая за собой дверь. Отрезая последний путь к прежней жизни, право на которую я утратил.
Коротко попрощался с Зоричем и вышел из дома. Если бы только один раз. Хотя бы издалека увидеть ее. Даже не прикоснуться, нет. Просто увидеть.
